Убийство подполковника ФСИН, раскрывшего коррупцию: адвокаты заказчика готовят удар по обвинению 

Убийство подполковника ФСИН, раскрывшего коррупцию: адвокаты заказчика готовят удар по обвинению
Полковнику Сергею Мойсеенко «светят» 15 лет Фото: Преступная Россия

Уголовное дело об убийстве подполковника ФСИН Николая Чернова поступило в Ленинградский областной суд. На скамье подсудимых — заказчик, полковник Сергей Мойсеенко, и поставщик оружия Игорь Захаров. По информации источников «Преступной России», адвокаты фигурантов приготовили для обвинителей «сюрприз» в виде неких документов, которые могут существенно повлиять на весь судебный процесс.

За коррупцию на тот свет

Убийство главы отдела технического надзора и эксплуатации объектов строительства подполковника Николая Чернова в 2016 году потрясло пенитенциарную систему не только Северной столицы, но и страны в целом. Последовали не только оргвыводы, но и проверки и отставки. Ведь мотивом для жестокой расправы было строительство самого крупного СИЗО в Европе — изолятора «Кресты-2», которое, как мы знаем, затянулось на долгие годы. Честный Николай Чернов вскрыл схему хищения средств, предназначенных для строительства, ведь ему приходилось неоднократно разрешать споры с подрядчиками — как по качеству работ, так и по финансовым вопросам. Непосредственно от него зависели сроки приемки работ зданий и сооружений нового СИЗО, возводимого в пригороде Петербурга — Колпино. 

b0d17baf07ed37716a52147e740c1e05.jpg

К 2016 году «стройка века» стала объектом остракизма и критики. Переезд с Арсенальной набережной переносился из года в год. Полковник Мойсеенко курировал строительство изолятора. В какой-то момент обнаруживший недостачу выделяемых средств Чернов решил обратиться к своему руководству, чтобы уведомить о колоссальном воровстве и искусственном затягивании строительства важного государственного объекта. 

Наша
справка

Следственный изолятор в Колпино на 4000 мест строили десять лет. В него вложены 12 млрд рублей. Ввод в эксплуатацию неоднократно переносился. После убийства и возбуждения уголовного дела на стройке работали эксперты, которые должны оценить объем недоделок и предоставить в УФСИН сведения о том, сколько еще средств надо для устранения недостатков. Переезд состоялся 1 декабря 2017 года. Но некоторые корпуса изолятора до сих пор не пригодны для содержания людей. Реализацией проекта занималось АО «Генеральная строительная корпорация».

К моменту вскрытия хищений стройка в очередной раз застыла. «Генеральная строительная корпорация» активно судилась с ФСИН в арбитражном суде (отметим, что арбитражные разбирательства с взаимными исками друг к другу идут до сих пор). В итоге, как уточнили потом следователи СКР, Мойсеенко решил скрыть вопиющие факты растрат и предложил ранее неоднократно судимому знакомому Сабиру Садыкову убить своего дотошного подчиненного. Садыков как лицо заинтересованное (он распределял заказы при строительстве) согласился.

3ad3e3a649cc65058f9d3b4f2516c2f7.jpg

Убитый коррупционерами Николай Чернов 

Неслучайно на роль исполнителя заказного убийства был выбран именно Сабир Садыков — «решала». Человек с мутным прошлым и настоящим. Он якобы представлял интересы нескольких компаний-субподрядчиков, как раз тех, кому Чернов не подписывал документы, по которым они, собственно, должны были получить дальнейший расчет. 

Садыков приобрел пистолет Макарова через своего знакомого Игоря Захарова и пригласил подполковника Чернова на встречу во Всеволожском районе, где расстрелял. Но крепкий Чернов умер не сразу. Во всеволожской городской больнице из него извлекли шесть пуль из восьми.

cd84f59a6a38c7593b28002a0f10ffc1.jpg

Сабир Садыков

Подполковника Чернова пытались спасти лучшие хирурги Военно-медицинской академии, куда он был доставлен. Его семью взяли под госзащиту, больничную палату охраняли бойцы «Тайфуна» с боевым оружием. Однако врачи не смогли спасти ему жизнь — через 5 дней офицер скончался. Как потом установит следствие, все то время, что Чернов истекал кровью в своем автомобиле, Садыков бегал неподалеку и молился чтобы тот скорее умер.

 Наша
справка

Николая Чернова расстреляли 2 марта около 17:30 на восьмом километре Колтушского шоссе, в районе поворота на деревню Старая во Всеволожском районе. В 35-летнего подполковника Николая Чернова, который ехал на «Nissan X-Trail», выстрелили несколько раз. В результате сотрудник получил восемь ранений в шею, плечо, грудь, руку и живот.

Автомобиль Сабира Садыкова видели отъезжающим неподалеку от места преступления местные жители, поэтому ему пришлось отвечать на вопросы силовиков. Изначально Садыков пытался подсунуть следствию версию о нападении «двух неизвестных лиц кавказской национальности на «девятке». Бурное криминальное прошлое Сабира Садыкова наводило на определенные мысли, и довольно скоро он поменял свой статус со свидетеля на обвиняемого. Следователи быстро установили, что никакой «девятки» на месте покушения не было, как не было и двух «кавказцев». Было возбуждено уголовное дело по ст. 105 УК РФ (убийство). Основной версией расправы стала профессиональная деятельность потерпевшего. 

Коррупция и лица

Дело об убийстве и коррупции в руководстве петербургского ФСИН имело далеко идущие последствия. Во-первых, арест и заключение под стражу заместителя начальника полковника Сергея Мойсеенко, во-вторых, арест и обвинение в мошенничестве и растрате генерального директора АО «Генеральная строительная корпорация» Виктора Кудрина (его обвинили в хищении 100 млн рублей). Последнего, правда, довольно быстро перевели под домашний арест, ввиду его любопытных показаний в отношении высокого руководства ФСИН. 

моисеенко.jpg

Сергей Мойсеенко

Далее ниточка из клубка взяток и коррупции привела к задержанию и аресту бывшего замдиректора ФСИН и действующего советника руководителя Росреестра Николая Баринова. Чиновника задержали в ноябре 2017-го и доставили в Петербург в изолятор ФСБ. Ему вменяют получение взяток общей суммой 110 миллионов рублей. 

Как считает следствие, Баринов, занимавший пост замдиректора ФСИН и с 2007 года курировавший проект строительства «Крестов-2», вошел в преступный сговор с директором генсубподрядчика «Петроинвеста» Русланом Хамхоковым и заместителем начальника УФСИН Петербурга и области Сергеем Мойсеенко для хищения казенных денег. Следом был арестован и Руслан Хамхоков. Как было установлено следствием, взятки переводились на специальные счета, затем обналичивались и пачками передавались взяткодателям. 

QAZ.jpg

Руслан Хамхоков

Не последнюю роль в раскрытии этих преступлений сыграли и откровения непосредственного убийцы Сабира Садыкова. После ареста и пребывания все в том же гостеприимном изоляторе ФСБ на Шпалерной улице в Петербурге он дал признательные показания и заключил сделку со следствием. В противном случае ему грозил длительный срок заключения. 

В итоговом обвинительном заключении ему вменили в вину совершение преступления по ч. 2 ст. 105 УК (убийство с целью сокрытия другого преступления) и ч. 1 ст. 222 УК (незаконный оборот огнестрельного оружия). В августе 2018 года дело было передано на рассмотрение во Всеволожский городской суд. Изначально судить Садыкова должен был военный суд, однако сделка со следствием повлияла и на подсудность. В сентябре 2018 года суд приговорил его к девяти годам колонии строгого режима. По данным источников, даже при такой простой форме правосудия не обошлось без эксцессов. Так, говорят, что изначально сторона обвинения требовала лишь 6 лет лишения свободы, но суд, изучив материалы дела, назначил 9 лет. 

Неизвестно, устроил ли приговор родственников погибшего Николая Чернова, но осужденный с ним точно не согласился. На днях Сабир Садыков подал апелляционную жалобу в вышестоящую инстанцию, что совершенно не типично для приговоров, вынесенных в рамках сделки со следствием. 

Технология правосудия 

На днях материалы дела Сергея Мойсеенко и Игоря Захарова были переданы в Ленинградский областной суд. Сейчас их обоих обвиняют в подстрекательстве и пособничестве в убийстве с целью скрыть другое преступление и незаконном обороте оружия (ч. 4, 5 статьи 33, п. «к» части 2 ст. 105 УК, статья 222 УК). Помимо этого, Мойсеенко обвиняется в получении взятки в особо крупном размере (ч. 6 ст. 290, ч. 5 ст. 291 УК) от генерального директора компании-подрядчика, строившей СИЗО «Кресты-2», Виктора Кудрина.

Как сообщили «Преступной России» источники, судебное производство по этому делу не будет легким. Несмотря на досудебное соглашение и показания, озвученные Сабиром Садыковым, которые легли в основу обвинения, как доказательства не требующие утверждения судом. Вероятно, заседания будут проходить в закрытом режиме. Дело в том, что половина материалов уголовного дела засекречена, ведь «Кресты-2» — режимный объект. Другой вопрос, что понадобилось от четырежды судимого гражданина (Садыков был судим за кражу, разбой, мошенничество и хулиганство) заместителю начальника питерского ФСИН Сергею Мойсеенко, ведь при нем Садыков «служил» «решальщиком». Как считают источники, дело о хищениях во ФСИН может не ограничится одним полковником Мойсеенко.

Не исключено, что и Садыков, и более заинтересованный в свободе бизнесмен Кудрин, оказавшись в изоляторе ФСБ, выдали информацию на несколько уголовных дел. Эта версия может иметь место, если учесть тот факт, что в предварительных слушаниях по делу пока произошла заминка. По информации источников, сторона защиты приготовила некий массированный удар по позициям обвинения уже до начала слушаний. Как стало известно «Преступной России», речь идет о неких документах, которые могут существенно испортить весь судебный процесс.

В любом случае максимальное наказание обоим подсудимым уже не грозит. Ведь обвиняют Мойсеенко не в заказном убийстве, а всего лишь в подстрекательстве к убийству. В итоге вместе с обвинением во взятке наказание в лучшем случае может достигнуть 15 лет лишения свободы. Второму же обвиняемому, Захарову, предоставившему орудие убийства, и вовсе грозит небольшой срок. 

Обсудить

Другие материалы рубрики

Все материалы рубрики

Рекомендуем

1 / 3