Краснодарский край: в колониях «воров в законе» нет

Краснодарский край: в колониях «воров в законе» нет

Реформа системы исполнения наказаний длится уже несколько лет.

Как она изменила жизнь осужденных в кубанских колониях? Что нового появится там в этом году? Сказываются ли участившиеся случаи межнациональных конфликтов на воле по ту сторону колючей проволоки? На эти и другие вопросы ответил начальник управления ФСИН России по Краснодарскому краю генерал-майор Юрий Кулик:

- Юрий Павлович, как главные направления реформы исполнения наказаний сегодня реализуются в регионе?

- Напомню, что одни из главных положений концепции реформирования ФСИН – минимизация содержания осужденных в колониях и переход от коллективной к индивидуальной работе. Многое в этом направлении уже сделано, но из-за отсутствия финансирования некоторые вопросы пришлось отложить.

Одно из поручений президента, данных в ходе реализации концепции, – вводить как можно больше альтернативных видов наказания, не связанных с лишением свободы. В прошлом году к ним были приговорены 26 тысяч кубанцев – показатель, один из самых высоких по стране. Среди новых видов наказания, например, ограничение свободы, которое может варьироваться от запрета покидать район или регион, до ограничений в посещении определенных заведений и нахождения на улице после 21 часа. Из 2,5 тысяч осужденных в Краснодарском крае к ограничению свободы на 350 застегнуты электронные браслеты.

- Почему такое небольшое число – лишь седьмая часть?

- Потому что не каждому осужденному необходим тотальный электронный контроль. Например, если человеку определили не выезжать за пределы края, то не обязательно отслеживать его перемещение по городу. Но, например, к приговоренным к домашнему аресту – таких в Краснодарском крае 33 человека – обязательно применяются стационарный или переносной в виде браслета электронный контроль.

- На Кубани есть и подростковая колония в Белореченске. Какие перемены произошли в ней?

- В концепции указано, что воспитательные колонии должны переформатироваться в воспитательные центры. В Белореченске до этого, к примеру, существовали отряды по 40-60 человек. С прошлого года там отдельные комнаты с туалетом и умывальником на три-четыре осужденных подростка. Плюс на десять сотрудников увеличился штат психологов.

- Не так давно вы, Юрий Павлович, подписали соглашение с митрополитом Екатеринодарским и Кубанским Исидором по совместной работе в этом году. Сколько православных молитвенных комнат, часовен и храмов сейчас действует в исправительных учреждениях края? Могут ли религиозные обряды совершать верующие других религий? Например, мусульмане?

- Подобные соглашения подписаны и с представителями духовного управления мусульман, иудейской общины. Конечно, большое внимание уделяется взаимодействию именно с христианскими священнослужителями, так как порядка 90% верующих осужденных являются христианами, более пяти тысяч из них исповедуют православие.

Но это не значит, что представители остальных религий не могут встречаться со своим духовенством или совершать религиозные обряды. Из восьми колоний в трех есть молельные комнаты для мусульман. То, что таких комнат нет в остальных исправительных учреждениях, связано со значительным перелимитом осужденных. Свободных площадей не хватало порой для воспитательных комнат и даже приема пищи. Но в настоящее время рассматривается вопрос об открытии молельных комнат для мусульман и в оставшихся исправительных учреждениях.

Во всех колониях христианские молельные комнаты, храмы, часовни. В прошлом году открыли часовню в Усть-Лабинском районе, в этом году откроются православные храмы в поселке Двубратском и Армавире. За каждой колонией закреплен священнослужитель, который не появляется раз от раза, а проводит регулярные встречи и беседы с осужденными.

- Как обстоят дела с религиозной литературой?

- В колониях Краснодарского края открыто 19 духовных библиотек. Порой к исламской литературе бывают вопросы, так в ИК-14 в прошлом году были изъяты книги экстремистской направленности, которые принесли под видом духовных. Поэтому мы осторожно относимся к таким изданиям, так как у нас нет специалистов для определения истинного содержания того или иного издания.

- Как решаются вопросы с межнациональными конфликтами, ведь в колониях содержатся представители не только разных религий, но и наций?

- Решаются просто – разъяснительной работой и контролем. Если даем возможность каждой национальной группе свободно исповедовать религию, то для конфликтов остается намного меньше поводов. Преступлений, совершенных на межнациональной почве, у нас не было. Но разногласия между заключенными бывают. Как правило, они тут же пресекаются. Подчеркну еще раз: этот вопрос остро не стоит. Если власти региона регулярно говорят о межнациональном напряжении, предпринимают меры к его снятию, то у нас пока все спокойно.

Между тем, различия в ментальности, темпераменте, характере у представителей разных народов ощущаются. Например, есть ли разница, когда в колонии из тысячи осужденных пятьдесят мусульмане или на тысячу мусульман приходится пятьдесят христиан? Конечно, есть! В ментальности приверженцев ислама есть жесткое объединяющее начало, они активно сплачиваются и выступают уже единой группой. А пятьдесят христиан будут вести себя тихо и незаметно.

- Насколько я знаю, в связи с недавним убийством деда Хасана в колониях по всей стране проводились обыски на предмет изъятия сотовых телефонов и ноутбуков, с помощью которых криминальные авторитеты могли бы связываться друг с другом и решать воровские вопросы...

- Действительно, в одной из кубанских колоний также были изъяты телефоны и планшетники, с помощью которых некоторые осужденные грузинской национальности намеревались участвовать в обсуждении криминальных дел. Мы действуем в полном взаимодействии с полицией, ФСБ, стараемся моментально отрабатывать оперативную информацию.

В кубанских колониях так называемых «воров в законе» нет. Если такие появляются, мы обязательно отправляем их этапом за пределы края. Не так давно в «пятерке» и «девятке» (номера колоний. – Прим.авт.) стали действовать отрицательно настроенные осужденные, их тут же отправили в другие исправительные учреждения.

- В колониях Краснодарского края содержатся люди и с ВИЧ-положительным статусом. Получают ли они необходимое лечение в полном объеме?

- Действительно, среди осужденных такие люди есть, так как некоторые преступники на свободе были наркоманами, вели беспорядочные связи... В настоящее время в исправительных учреждениях Кубани порядка 350 ВИЧ-инфицированных человек. Все они получают лекарства в полном объеме. При этом мы не разделяем их с остальными осужденными, сокамерники могут даже не догадываться об их статусе. В прошлом году умерло десять человек, болевших СПИДом.

Так как периодически возникали проблемы с оперативной сдачей крови для анализов, в прошлом году в системе УФСИН была открыта отдельная лаборатория, которая в течение часа может провести экспресс-анализы. Расположена она под Краснодаром, в станице Елизаветинской и обслуживает все исправительные учреждения региона.

© «КАВКАЗСКАЯ ПОЛИТИКА»

Обсудить

Другие материалы рубрики

Все материалы рубрики

Рекомендуем

1 / 3