Сотрудник полиции, убивший задержанного, осужден. Но только он один

Сотрудник полиции, убивший задержанного, осужден. Но только он один

«Вряд ли кто-то усомнится в том, что оказаться в роли задержанного сотрудниками полиции не хочет никто, так как это не может предвещать ничего хорошего», - эта первая фраза заметки «Как правильно вести себя при задержании сотрудниками полиции?», размещённой на сайте ОВД «Алексеевский».

Потому, де-факто, никаких претензий - сотрудники ОВД добросовестно извещают граждан о том, что к ним лучше не попадать. А что означает понятие «ничего хорошего», так об этом – наша история.

В феврале 2011 года в «Алексеевску» за мелкое хулиганство был доставлен 40-летний Павел Черников. Оттуда в тяжелом состоянии попал больницу. Через 4 дня скончался. И только летом этого года в Останкинском суде Москвы состоялся процесс по делу бывшего сотрудника ОВД по Алексеевскому району Сергея Ряпина, который обвинялся в превышении должностных полномочий с применением насилия в отношении погибшего Черникова. Ряпин вину признал, извинился и аргументировал содеянное тем, что 6 февраля у него выдался тяжёлый день.

Именно вечером 6 февраля из подъезда одного из домов по Маломосковской улице старшие сержанты полиции Сергей Ряпин и Сергей Трубицын доставили в ОВД выпившего Черникова, который стучался не в ту дверь. Помимо них в Алексеевском ОВД находились: начальник МОБ (милиция общественной безопасности) Владимир Мерзликин, инспектор службы отдельной роты ППСМ Николай Родионов, старший оперативный дежурный Рагиб Ханбекови и дежурный по работе с задержанными Вероника Лобанова.

Согласно обвинительному заключению, в ОВД Ряпин, по причине «ложно понятых интересов службы», избил Черникова, в результате чего у жертвы были зафиксированы: разрыв брыжейки тонкой кишки, переломы височной и скуловой костей, кровоподтёки и ссадины. Правда, согласно «признаниям» самого Ряпина, всё было иначе: это доставленный Черников начал вести себя агрессивно – бил сержанта по лицу, дёргал за автомат, пытался бежать, ну и в результате упал с лестницы, потянув за собой сотрудника полиции. Падение – объясняет травмы. По мнению обвиняемого, это был единственный конфликт с задержанным, во время которого Ряпин в целях защиты нанёс Черникову 3 удара.

«Во время конфликта я реально испугался за свою жизнь. Я реально не знал, что делать... Я не избивал, мне не было никакой выгоды», - скажет потом обвиняемый в последнем слово, из чего можно сделать вывод о том, что раскаяние так в нем и не поселилось. Поскольку объективные данные следствия высвечивают совершенно иную картину произошедшего в тот злополучный вечер.

image830

Прокурор Татьяна Стоволосова была вынуждена уточнить: согласно медицинской экспертизе, Черникову было нанесено не менее 9 ударов, и возможность получения зафиксированных травм при падении с лестницы исключалась. Кстати, «виноватая» лестница, на которую так упорно ссылается обвиняемый, - всего в 5 ступенек. Так что гособвинение во время премий констатировало: хоть на словах Ряпин и признает вину, на деле – продолжает врать.

Показания свидетеля Ряпина. Ряпин показывает, что когда они приехали в ОВД по Алексеевскому району г.Москвы и поднимались в ОВД, Черников П.Е. шел впереди, а Ряпин С.В. сзади.

Врал не только он. Свидетели – бывшие коллеги сержанта – тоже не отличались искренностью, на что, собственно, и делал расчет подсудимый. И следствие, составившее обвинительное заключение, было готово к такому повороту события, написав в документе: действия Ряпина в отношении погибшего создали «ложное убеждение о круговой поруке среди сотрудников милиции». Только не очень понятно, почему остальные сотрудники полиции, который встали в этот круг безнаказанности, следствием к ответственности не привлечены? Именно об этом все судебное заседание говорил адвокат потерпевших Олег Чудновский, о том писал кассационную жалобу – увы.

Что же говорили господа полицейские? Факт избиения Черникова именно в стенах ОВД под сомнение не ставится и никем не оспаривается (хотя изначально и была попытка продвинуть версию о том, что Черников с кем-то подрался до своего задержания). «Алексеевцы» фактически сами зафиксировали эпизод насилия в ОВД - Павлу два раза вызывали скорую помощь. Сначала врачи поставили диагноз «гематома левой глазницы, ушиб мягких тканей». Повторный же вызов скорой помощи инициировала приехавшая в отдел невеста Павла Нина. На этот раз врачи зафиксировали травмы, несовместимые с жизнью. Между первым и вторым диагнозом - промежуток примерно в 5 часов, всё это время Павел находился в ОВД «Алексеевский».

Правда, потом каким-то образом на свет появилась медицинская экспертиза, согласно которой причиной смерти Черникова являлись не полученные в ОВД травмы, а врачебная халатность в послеоперационный период, которая привела к пневмонии. Какая пневмония, откуда? Увы, сейчас врачи ГКБ №20 могут попасть под уголовное дело, хотя родственники погибшего Черникова категорически не согласны с выводами об отсутствии причинно-следственной связи между избиением в ОВД и смертью Павла. О том же на суде говорил и врач скорой: полученные травмы были несовместимы с жизнью и без оказания медицинской помощи, задержанный умер бы в течение двух часов.

Вот под соответствие этой экспертизе, судя по всему, и были заготовлены показания сотрудников полиции. Явные нестыковки, неточности, на которые указывали и судья, и прокурор, свидетельствуют о том, что сотрудники ОВД изворачивались, как могли. Самым частым ответам было - «не знаю, не помню, не видел». Но, несмотря на краткосрочную память, все чётко «помнили» одно: в их присутствии Черникова никто не избивал. Прокурору даже пришлось поинтересоваться: «Сотрудники скорой помощи его избили что ли?»

Адвокат потерпевшей попросил от дежурного оперчасти Ханбекова правды, на что тот ответил: «Правд много, истина – одна». Которая, как представляется, сейчас тщательно скрывается и известна только погибшему Черникову и работавшим в ту ночь сотрудникам «Алексеевки», которые делиться с ней не спешат. Судя по выводам следствия, изначально «алексеевцы» вообще планировали выгораживать Ряпина. Но когда его вина стала слишком очевидной, сменили тактику, начав выгораживать в первую очередь себя. В итоге – утонули все.

И если часть противоречий в показаниях сотрудников правоохранительных органов теоретически можно объяснить забывчивостью, то вот этот факт нельзя назвать ничем иным как преднамеренной ложью. Согласно обвинительному заключению в том же подъезде, где задержали Черникова, Ряпин и Трубицын прихватили с собой в ОВД и ещё одного гражданина - Рыскулбеков Т.Ж.. Момент выхода из подъезда всех четверых был зафиксирован камерами видеонаблюдения.

Рыскулбеков на суде подтвердил, что был доставлен в ОВД на машине вместе с Черниковым, а вот выступавший на суде в тот же день сержант Трубицын заявил, что доставляли Черникова одного. Это же сообщили суду и дежурная по задержанным Лобанова, и дежурный Ханбеков. Следствие полагает, что это было сделано для того, чтобы представить дело так, будто Черников получил травмы до задержания от неустановленных лиц.

В записях, сделанных Лобановой в журнале учета лиц, доставленных в ОВД, следователями было зафиксировано изменение первоначального содержания – дописки, чтобы, по мнению следствия, скрыть факт одновременного доставления в ОВД двух задержанных. Кстати, на суде начальник МОБ Мерзликин признался, что до возбуждения уголовного дела он вообще не выяснял обстоятельств случившегося и не принимал никаких мер.

В течение двух с половиной лет дело переходило от одного следователя к другому. Сотни жалоб от потерпевших, но никак не могло следствие установить лиц, подлежащих уголовной ответственности. Ведь никто из сотрудников ОВД «ничего не видел, не слышал, не знал».

fototablica

В суде, во время допросов сотрудников «Алексеевки», прокурор задала очень правильный вопрос, который, к сожалению, не предполагает ответа: «Что он [Черников] сделал такого, что нужно было так с ним поступить? Я по-человечески не понимаю. Почему он такой плохой, что нужно прикрывать тех мерзавцев, которые это сделали?».

После случившегося

Ряпин продолжал работать в «Алексеевке» ещё два месяца, а затем уволился по собственному желанию, получив премию в размере трёх зарплат. Мерзликин получил повышение по службе, сейчас он - начальник полиции, заместитель начальника отдела МВД России по Алексеевскому району г. Москвы. Ханбеков трудится заместителем гендиректора похоронного бюро. Лобанова продолжает работать в «Алексеевке».

12 августа федеральный судья Останкинского районного суда Ирина Шалашова признала Ряпина виновным в совершении преступления, предусмотренном п.п. «а», «б», «в» ч.3 ст.286 и приговорила его к 8 годам лишения свободы и к запрету занимать должность в правоохранительных органах в течение 3 лет. Судья также признала право потерпевшей на удовлетворения гражданского иска о возмещения морального и материального ущерба (адвокат Ряпина, кстати, убеждал семью погибшего Черникова согласиться на 200 тысяч рублей).

Адвокат потерпевших Чудновский ходатайствовал по поводу вынесении частного определения о возможности несения службы в ОВД всех лиц, пытавшихся ввести суд и следствие в заблуждение и не заметивших, как в одном с ними здании убивали человека. Но суд этого делать не стал.

9 октября прошла апелляция – приговор оставлен в силе. Остальные отделались легким испугом. Именно против этого и протестую потерпевшие, пытаясь заставить следственные органы оценить с точки зрения закона действия и бездействия других лей в погонах.

© «Новая Газета»

Обсудить

Другие материалы рубрики

Все материалы рубрики

Рекомендуем

1 / 3