«Овощебазовый» инстинкт

«Овощебазовый» инстинкт

Российские правоохранительные органы намерены объявить в международный розыск бывших руководителей овощной базы в Бирюлево.

Согласно предварительным данным, Игорь Исаев может находиться в Объединенных Арабских Эмиратах, а Алиасхаб Гаджиев скрывается в Азербайджане. Оба фигуранта в настоящее время объявлены в федеральный розыск, границы поиска полицейские собираются расширить за пределы Российской Федерации. Как сообщили в Следственном комитете, против руководства фирмы возбуждено дело по статье «Организации незаконной миграции».

Вся изъятая документация еще исследуется экспертами по экономическим преступлениям. Кроме того, в ближайшее время планируется установить посредников: тех, кто осуществлял приток мигрантов на овощебазу.

Напомним, следователи ГСУ СК по Москве возбудили дело в отношении руководства скандально известной овощебазы в Бирюлеве 16 октября, спустя три дня после убийства Егора Щербакова и последующих массовых беспорядков. 18 октября на два месяца были арестованы председатель правления оператора-поставщика овощебазы в Бирюлеве ЗАО «Новые Черемушки» - Магомед Чурилов и директор охранной фирмы "Конкорд" Виктор Котелевский.

На сегодняшний день в списке подозреваемых значатся четыре фамилии, но следствие не исключает, что в ближайшее время количество фигурантов может возрасти.

- Вся изъятая документация еще исследуется экспертами по экономическим преступлениям, - говорит источник в правоохранительных органах. - Кроме того, в ближайшее время планируется установить посредников: тех, кто осуществлял приток мигрантов на овощебазу.

chyrilov

База преткновения

Напомним, что Бирюлёвская овощебаза, приостановившая деятельность из-за многочисленных нарушений, контролируется ЗАО «Новые Черёмушки», владельцами которой являются два брата из Дагестана — Алиасхаб Гаджиев и Игорь Исаев. Почетный президент компании — прославленный летчик-испытатель Магомед Толбоев. Эксперты оценили ежедневный оборот базы в 70 миллионов рублей.

За право закрыть Покровскую овощебазу сейчас соревнуются Следственный комитет, Роспотребнадзор и московские власти.

Владелец компании «Джей сервис», которая арендовала торговые площади на территории Покровской овощебазы, Максим Саяпин оценивает ежедневный оборот базы в 70 млн руб. — это примерно 20% от всего оборота плодоовощной продукции в Московском регионе. Выручка, которую «Новые Черемушки» показали в отчетности в 2012 г., составила 1 млрд руб., чистая прибыль — 490 млн руб.

У ЗАО «Новые Черемушки» есть собственное агропроизводство в Озерском районе Московской области. На предприятии «Емельяновка» выращивается около 22 000 т картофеля и овощей в год. Агрофирма «Сосновка» поставляет около 20 000 т картофеля и овощей в год. Также они занимаются разведением крупного рогатого скота (на двух комплексах производится 12 000 т молока и 215 т мяса в год). Группе также принадлежит оптовый плодоовощной комплекс в Зеленограде с общей площадью складских помещений более 46 300 кв. м и транспортная компания «Трансвэй».

Магомед Толбоев готов оспорить любое решение властей по закрытию базы. «Мы столько лет работали, не было претензий ни у Ростехнадзора, ни у Онищенко. А тут один бродяга убил человека — и у всех появились претензии. Мы здесь при чем?» — негодует Толбоев. Он говорит, что будет добиваться тогда закрытия всех рынков в Москве. « У всех работают мигранты, и все в одинаковом положении. Мы сами страдаем от нелегалов», — говорит он, добавляя, что работодатели не имеют права проверить, настоящая регистрация у приезжего или купленная.

Покровскую плодоовощную базу, ставшую одной из причин народных волнений в Западном Бирюлево, открыли к московской Олимпиаде 1980 года и считали самым передовым подобным объектом того времени — внутрь могли заезжать товарные поезда. После смерти генерального секретаря Леонида Брежнева в 1982 году база получила новое название «Брежневское районное плодоовощное объединение».

«На эту базу мы (аспиранты, научные сотрудники) 10 лет ездили работать по призыву партии и комсомола — перебирать картошку и капусту, разгружать вагоны с овощами. Направляли на овощную барщину именно интеллигенцию, рабочий класс от станка не отрывали. Не пойти на базу было нельзя — кара следовала незамедлительно», — вспоминает Сергей Станкевич, бывший советник президента Бориса Ельцина и экс-депутат Государственной думы.

В 1992 году базу приватизировали, управлять складами начало АОЗТ «Новые Черемушки», учредителями которого, согласно выписке из ЕГРЮЛ, стало руководство базы во главе с директором Галиной Падальцыной. Один из немногочисленных документов о деятельности АОЗТ свидетельствует, что к 1997 году члены совета директоров и правления владели 32,5% «Новых Черемушек», 19% принадлежало Инкомбанку (рухнул в кризис 1998 года) и 14% — ТОО «Компания Дискус» (согласно данным СПАРК, снята с учета в 2008 году). Крупнейший акционер из числа менеджеров — все та же Галина Падальцына — на тот момент владела 19,3% акций АОЗТ. Тогда же в отчете впервые появляется некий Ибрагим Гаджиев, заместитель генерального директора по общим вопросам. Его доля в компании составляла 1,6%.

В конце 1990-х «Новые Черемушки» переходит под контроль новых собственников . «Железная Галина [Падальцына] к концу 90-х попала под фактический контроль крупного этнического клана, ворочавшего овощным и цветочным оптом», — пишет Сергей Станкевич. К 2003 году структура капитала компании кардинально изменяется: председатель совета директоров Игорь Исаев владеет 38,9% акций, «Нефтьхимтек» — 18,5%, «Ойллак» — 18,5% и департамент государственного и муниципального имущества города Москвы — 12,6%.

Точных цифр оборота овощебазы не знает, вероятно, никто. В СМИ озвучивалась информация, что годовой оборот базы равен $1—9 млрд. Один из участников рынка  затруднился оценить цифру оборота, но, по его мнению, Покровская база сравнима с Черкизовским рынком. Высокопоставленный источник в правительстве Москвы говорит, что на Покровскую базу приходится до 70% московского рынка по отдельным товарным позициям овощной продукции: «Значение «Покровской» для Москвы, я думаю, побольше, чем Черкизовского рынка».

bazapritk

Декриминализация

Напомним, что представители столичной власти в октябре, сразу после печальных событий в Бирюлево, высказали мнение, что закрытие базы никак не скажется на рынке. «Начала распространяться информация, по нашему мнению, от владельцев этой базы, о том, что приостановка ее работы может привести к отсутствию плодоовощной продукции или ее удорожанию, — говорит заместитель мэра Москвы Александр Горбенко. — Официально вам заявляю, что это все неправда, никакого предположительного подорожания или отсутствия обозначенной продукции в Москве не предполагается». По его мнению, «распространение слухов о грядущем повышении цен в Москве — это все провокации и шантаж правительства Москвы с попыткой не допустить дальнейшей проверки этой базы и приостановления ее деятельности».

После выступления руководителя департамента торговли и услуг Москвы Алексея Немерюка показалось, что закрытие овощебазы — решенный вопрос. По его словам, Покровская база — лишь один из более чем 50 столичных оптово-логистических центров, занимающий менее 10% их общей площади (120 000 кв.м. из 1,5 млн кв.м.). «Вся логистика говорит о том, что все это может быть отстроено заново», — сказал Немерюк, сообщив, что у ЗАО «Новые Черемушки» есть еще один комплекс, куда даже удобнее отправлять часть продукции.

Кроме того, у московского правительства есть планы по строительству трех крупных оптово-продовольственных объектов. Первый, северное направление, планируемая площадь — 195 000 кв.м. в районе Молжаниново. Второй, западное направление, площадь — 100 000 кв.м. в районе Марушкино, Боровское шоссе. И третий, южное направление, площадь — 440 000 кв.м. — между Варшавским и Калужским шоссе. По-видимому, этот объект и должен заменить Покровскую базу. Правда, пока эти планы находятся на бумаге. Источник в московском правительстве рассказывает, что на эти объекты не выпущены даже проекты планировок и потребуется как минимум два года работы. На месте Покровской базы могут построить современный торговый центр.

Зоны, свободные от закона, порядка и здравого смысла

Еще во времена СССР, накануне московской Олимпиады, овощебазы превратились в своеобразные «внутренние офшоры». Поскольку масса сельскохозяйственной продукции автоматически подпадала в те годы под определение «дефицит», ее распределение приносило огромные прибыли — будь то поставки мандаринов к райкомовскому новогоднему столу или отгрузка яблок в детские сады. До детских учреждений яблоки не всегда доходили, чаще отправляясь прямым ходом в магазины, директора которых заранее проплатили откат.

«В столице на вершине пирамиды злоупотреблений в торговле овощами находился в то время чуть ли не лично глава Мосгорплодовощторга, — рассказывает ветеран МВД, бывший сотрудник ОБХСС Владимир Шапкин. — Мы вели разработку, однако доказать вину столь высокого руководителя не удалось , задержали лишь начальство двух баз — Перовской и Хлебниковской, да и тех скоро отпустили. А вот коллеги из Питера в этом плане оказались более удачливыми. В 1982 году 2-й отдел Ленинградского управления БХСС отправил за решетку «хозяина» ленинградских овощебаз — начальника Главленгорплодовощторга Капитона Кузнецова и всех его заместителей».

tolboev

Криминальная составляющая в овощном бизнесе была всегда, не зря один из самых влиятельных преступных авторитетов Подмосковья до сих пор известен в узких кругах под прозвищем Лучок — это память о его работе на овощебазе, которая потом перешла под контроль организованной преступности.

Показательно, что сегодня примерно на половине баз основными совладельцами остаются бывшие «красные директора», их заместители или их дети. По словам Владимира Шапкина, именно в советские времена овощебазы начали попадать в круг интересов выходцев из южных республик СССР , что в общем-то и неудивительно — в те времена основными поставщиками овощей-фруктов были Дагестан, Узбекистан, Армения, Азербайджан. Тогда же предприимчивые южане — экспедиторы и снабженцы, закрепились на овощных базах столичного региона. А в 90-е грянули акционирование и приватизация. Бывшие снабженцы вошли в состав учредителей московских овощебаз. О том, что было потом, остается только догадываться. Например, первый директор и фактический владелец в постсоветский период теперь уже печально известной Бирюлевской овощебазы Галина Падальцына сначала почему-то передала свою долю акций неким дагестанским предпринимателям, а потом и вовсе таинственно исчезла. В отделе розыска МУРа до сих пор лежит дело по факту ее бесследной пропажи...

Что стали представлять собой овощные базы Московского региона, пройдя через мутные процедуры акционирования? Многие из них по профилю практически не работают — занимаются чем угодно, только не складированием, фасовкой и оптовой торговлей плодоовощной продукцией . А с отставкой Лужкова с поста мэра канула в Лету и практика централизованных закупок овощей с сопутствующей закладкой их на хранение за счет бюджета. Делалось это для удержания розничных цен в случае дефицита. Базы лишились гарантированной части дохода. Коммерческий рынок оптовых поставок захватили три основных игрока: овощебазы «Покровская» (та самая Бирюлевская, официально — «Новые Черемушки», которой владеют братья Гаджиевы), а также подконтрольные семье Михаила Гуцериева «Вегетта» в Долгопрудном и «Курьяновское».

На сайте департамента торговли и услуг Москвы нет точных данных о количестве плодоовощных баз в столице. В разделе «Продовольственная безопасность» указаны 10 компаний, которые, вероятно, владеют крупнейшими площадками. Помимо ЗАО «Новые Черемушки» в списке присутствуют ЗАО «Красная Пресня», ОАО «Перовское», ЗАО «Виктория», ЗАО «Куйбышевское», ЗАО «Кузьминское», ЗАО «Деметра», ОАО «Курьяновское», ЗАО «Москворецкое» и ОАО «ОПК Зеленоградский». Суммарная выручка всех овощебаз в Москве за 2012 год составила 7,62 миллиарда рублей. Однако, как утверждают участники рынка, это лишь белый доход, а основные заработки приходятся на теневой сектор.

kotelevskiy

За год Москва съедает около трех миллионов тонн овощей и фруктов. Около 50 процентов плодоовощной продукции московские семьи покупают в супермаркетах и гипермаркетах, которые услугами овощебаз не пользуются, рассчитывая на собственные логистические центры. Базы же снабжают овощами и фруктами розничные рынки, торговые павильоны и маленькие магазины . Есть ли хоть какая-то гарантия того, что продукция, поступающая туда, безопасна для потребителей?

Качественный продукт раз в три года

В конце октября в Москве разразился скандал. На рынке в Северо-Восточном округе проверяющие Россельхознадзора обнаружили 77 тонн опасного картофеля, завезенного из Белоруссии. Партия оказалась заражена золотистой картофельной нематодой. Для человека нематода неопасна. Риск в том, что с зараженных клубней она может попасть в почву и в дальнейшем привести к резкому снижению урожайности. Формально опасный вредитель прибыл в Россию законно. Документы на товар были в порядке, в частности имелся фитосанитарный сертификат, выданный Главной государственной инспекцией по семеноводству, карантину и защите растений Белоруссии. Но в этом-то и таится засада. В Россельхознадзоре отмечают, что легче всего завезти сельскохозяйственную продукцию через государства Таможенного союза. Причем это могут быть не только продукты местного производства, но и так называемый реэкспорт — товары, которые, допустим, были ввезены в Белоруссию из Западной Европы, а потом перенаправлены на московские овощебазы. Фитосанитарный сертификат на продукцию выдается в стране-производителе. С этим документом груз поступает в Россию и следует на овощебазу. «Обычно импортные продукты проверяют на соответствие нашим санитарным нормам на границе, — поясняет помощник главы Россельхознадзора Алексей Алексеенко. — При ввозе продуктов в страны Таможенного союза на его границах контроль ведется, но за время пребывания на территории той же Белоруссии продукты могли утратить свои качества, банально испортиться из-за неправильного хранения».

Контроль за качеством сельскохозяйственной продукции с российской стороны сегодня сведен к минимуму, если не к нулю. «Дело в том, что с 2011 года при транспортировке продуктов внутри Таможенного союза не требуются документы ИКР (импортных карантинных разрешений)», — поясняет Алексей Алексеенко. Ранее их оформлением и выдачей занимались территориальные отделения Россельхознадзора. Чтобы получить карантинное разрешение, нужно было предоставить множество документов. В частности, справки, подтверждающие, что помещения, в которых складируется и постоянно хранится подкарантинная продукция после ее доставки и разгрузки, подвергались обеззараживанию. Требовалась копия контракта с владельцем помещения, где временно хранится товар, копия контракта на аренду складских помещений, обязательно с подписью и печатью заявителя. «Раньше мы знали, откуда поступает продукция, и могли проконтролировать ее путь от поля до прилавка, — поясняет Алексей Алексеенко. — Сейчас у нас для этого инструментов нет. Получатель продуктов, в частности директор овощебазы, должен сам информировать нас о поступившем грузе — когда и откуда он пришел. Но на практике такая информация часто замалчивается. За каждую сокрытую партию товара директору овощебазы грозит штраф — 500 рублей. Эта сумма ничтожно мала, и штрафных санкций на овощебазах не боятся».

Но даже и эти штрафы руководству овощебаз практически не выписывают. «Плановую проверку мы можем проводить не чаще, чем раз в три года , — поясняет Алексей Алексеенко. — Это предписывает Федеральный закон № 294 «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля». Конечно, мы можем провести внеплановую проверку, но только по согласованию с прокуратурой, имея на то веские основания. Как результат — овощебазы остались фактически вне контроля. А выявляемые сегодня на них нарушения — лишь капля в море».

stankevi4

Маржа плодоовощного бизнеса

Только после бирюлевского погрома власти взялись за овощные базы. Сводки о полицейских проверках вроде бы сугубо мирных предприятий стали все больше напоминать сообщения с фронта. Случайностью это не выглядит, а, напротив, свидетельствует о том, что власти фактически оставили без контроля огромные территории в черте города, где действуют какие-то альтернативные законы и нормы морали. Чем так притягательны для криминала овощебазы? «В первую очередь самой структурой, — рассказывает один из оперативников, занимающихся борьбой с этническими преступными группировками. — Любая база — это огромная территория с несколькими въездами для автотранспорта и десятками входов-выходов, известных только работающим. Сплошная неразбериха и в документах. Владельцы — одни, арендаторы — другие, субарендаторы — третьи, а еще есть сотни поставщиков, оптовых покупателей. Все эти люди крутятся на территории базы днем и ночью. Естественно, затеряться в такой суматохе — раз плюнуть».

Подобное положение дел позволяет использовать труд нелегалов, которых на каждой базе по несколько тысяч. Они там просто живут, практически не выходя за территорию. «Я владельца базы вообще никогда не видел, — рассказывает «Итогам» бригадир грузчиков Сергей, работающий на юго-востоке столицы, — говорят, азербайджанец какой-то. Бывает, приезжают молодые азера, начинают глумиться — то подгоняют на разгрузке пинками, то капустой в футбол играют. А что им — они хозяева! Зарплату нам выдают раз в три дня, а работы очень много. Сейчас везут лук, картошку, свеклу, капусту, зимние яблоки. Фуры идут одна за другой. Никаких накладных и санитарных справок ни у кого не спрашивают — все решается с местными властями через деньги».

Есть и еще одна сторона овощного бизнеса. Глава антинаркотического ведомства Виктор Иванов недавно заявил: «Тема миграции и тема оптовых поставок овощей и фруктов из Средней Азии абсолютно связаны с наркотиками». По мнению главы ФСКН, наркотики давно уже возят не в хозяйственных сумках, а в 20-тонных фурах вместе с луком, капустой и баклажанами .

Кто только из чиновников различных федеральных ведомств не высказался по поводу опасности овощебаз. В Россельхознадзоре вообще считают, что овощебазы как бизнес-единицы в принципе изжили себя. Вокруг Москвы нужно строить логистические центры, где можно будет проследить транспортные потоки и проконтролировать судьбу каждой партии поступившего товара», — поясняет Алексей Алексеенко. Сергей Собянин уже распорядился ускорить работу по созданию трех логистических центров за пределами МКАД. Вопрос только один, как скоро все эти современные терминалы вновь превратятся в старые добрые овощебазы. В плодоовощном бизнесе маржа такова, что это свято место пусто не будет никогда.

За базу «в законе»

prodykt

Покровскую плодоовощную базу в Бирюлево, как мы уже сказали, планируют в ближайшее время вывести за МКАД. На ее месте может появиться торгово-развлекательный комплекс. Источники «Росбалта» в правоохранительных органах полагают, что именно это и было целью тех, кто организовал народные волнения в Москве. Причем переезд базы, похоже, устроит и «воров в законе», которые уже много лет ведут кровопролитную «войну» за контроль над этим объектом.

Овощные базы Москвы и Подмосковья занимаются далеко не только овощами, а некоторые ими вообще не занимаются. «Овощами мы перестали заниматься после отставки Юрия Лужкова», — рассказывает Юрий Заборовский, гендиректор и совладелец базы «Кунцевское». Дело в том, что вместе с Лужковым ушла и практика централизованных закупок овощей и закладки их на хранение за счет городского бюджета — для поддержания цен в случае дефицита, а значит, базы лишились гарантированной части дохода. А коммерческий рынок оптовых поставок к тому времени захватили такие игроки, как «Новые Черемушки» — владелец Покровской овощебазы, объясняет Заборовский. Кроме «Покровской» крупными игроками именно на овощном рынке являются подконтрольные семье Гуцериева «Вегетта» и «Курьяновское». Остальные занимаются понемногу и овощами, и другими товарами, сдают недвижимость под склады и производственные площадки.

Примерно в половине баз крупными совладельцами остаются бывшие советские директора, их дети, бывшие заместители и начальники поменьше. Три принадлежат производителям продуктов питания — крупным и не очень агрохолдингам, еще три собрала семья Гуцериевых (кстати, представители последних интересовались и базой «Перовское» рядом с парком «Кусково», рассказывает заместитель гендиректора «Куйбышевского» Надежда Дзюба).

Многие смотрят на базы прежде всего как на площадку, которую в перспективе можно застроить. Гуцериевы запланировали большие девелоперские проекты на территории своих баз, знает руководитель департамента торговли и услуг Москвы Александр Немерюк. Самый ценный, с точки зрения девелопера, «плодоовощной» участок — под базой «Красная Пресня», недалеко от Хорошевского шоссе и «Москва-сити», занимает 23,5 га. Пока вся земля там в долгосрочной аренде. «Ясное дело, мы приобрели этот объект не для того, чтобы морковь там хранить», — сказал человек, близкий к известной своими девелоперскими проектами «Пересвет-групп», которая с 2012 г. получила контроль над «Красной Пресней».

Стремительные события вокруг базы начали происходить после того, как в сентябре 2013 года был арестован «вор в законе» Ульфат Тагиев по кличке Руфо Гянджинский.

yljfat

Он возглавлял группировку киллеров одного из лидеров азербайджанской мафии, «законника» Ровшана Джаниева (Ровшан Лянкоранский), который вплоть до февраля 2013 года контролировал деятельность Покровской базы. Руфо подозревают в совершении более десяти убийств, и большинство из них связаны с дележом прибыльного объекта в Бирюлево.

Ежемесячно на базу приходят от сотни до нескольких сотен грузовиков с товаром. С каждой машины лидеры криминальных кланов, контролирующих базу, раньше получали около 100 тыс. руб., а сейчас цена «оброка» возросла до 150 тыс.

В период с 2007 по 2010 годы только в Москве было совершено около 20 убийств и покушений, связанных с переделом сфер влияния на базу. В основном, все жертвы были уроженцами Азербайджана.

rovshan

По данным оперативников, в ходе этой войны уже в 2009 году Ровшан Джаниев получил почти полный контроль над деятельностью базы и оптового рынка зелени.

В 2011 году монополию Ровшана Лянкоранского на объект в Бирюлево попытался нарушить азербайджанский «авторитет» Ильгар Джабраилов по кличке Данабаш.

Он был приближенным лицом на тот момент самого влиятельного «вора в законе» Аслана Усояна (Дед Хасан), отвечал за безопасность шефа и излюбленных мест его отдыха (в частности, ресторана «Фаэтон»), а также курировал в клане азербайджанское направление. К тому же Данабаш являлся родственником Юсифа Алиева. Однако для Джабраилова все это закончилось печально. В апреле 2012 года киллер застрелил его в Москве.

После этого убийства началась и без того давно назревавшая криминальная война между кланами Деда Хасана и Ровшана Джаниева. Последнему в этом противостоянии нужна была мощная поддержка, которую он нашел в лице влиятельного «криминального генерала» Мераба Джангвеладзе (Мераб Сухумский).

Впрочем, по словам оперативников, такое партнерство предусматривало, что значительная часть доходов от объектов Ровшана пойдет клану Мераба. В этот список попали и Покровская база с рынком зелени. Таким образом, у объектов в Бирюлево, как отмечают источники «Росбалта» в правоохранительных органах, появился новый негласный совладелец — Левон Джангвеладзе, родной брат Мераба Джангвеладзе.

danabash

Впрочем, довольно быстро война чуть было не началась уже между новыми партнерами. Летом 2012 года у Лянкоранского состоялась в ОАЭ беседа с Леваном Джангвеладзе. Ровшан высказал ему претензии, что он пытается «подмять» под себя базу с рынком. Разговор не заладился, разозленный Ровшан попытался ударить по лицу Левана. Ему на помощь бросился находившийся рядом Ульфат. В ответ Джангвеладзе схватил нож и ударил Лянкоранского в живот. Затем дерущихся разняли. Рана оказалась не особо серьезной. Вскоре после событий в ОАЭ Ровшан и Ульфат встретились в Италии с Мерабом Джангвеладзе. Лянкоранский попытался высказать «вору в законе» претензии в связи с поведением брата. Вспыльчивый Мераб и его охранники выхватили пистолеты и пообещали прямо на месте «уложить» оппонентов. Ровшан и Ульфат вынуждены были ретироваться. Впрочем, в войне против Усояна Лянкоранскому было не обойтись без поддержки Джангвеладзе, поэтому дальнейшего продолжения конфликт не получил. Вскоре стороны помирились.

В январе 2013 года снайпер застрелил Деда Хасана у ресторана «Фаэтон» в Москве. Оперативники подозревают, что к этому преступлению могут быть причастны Мераб и Ровшан, а одним из исполнителей, по предварительной версии, являлся Руфо.

После убийства Усояна позиции Ровшана Джаниева в криминальном мире стали заметно ослабевать. К тому же, в Москве он появляться не мог, опасаясь убийства или ареста.

Если база переедет за МКАД, считают эксперты, то все останутся довольны. У города будет торговый центр, а у «воров в законе» по-прежнему будет своя база, ее перемещение никак на их доходах не скажется. А девелоперы получат землю под застройку. Более того, из-за последних событий раскрытие преступлений, совершенных группировкой Джаниева и «ворами в законе», которым база досталась после него, крайне осложнится. Гангстеры, имевшие отношение к базе, залегли на дно.

merabdjangv

Тем не менее, как мы уже сообщали , на овощебазе в Бирюлеве нашли участников банковской схемы с оборотом в 1,5 млрд рублей в месяц.

Базы будущего

Благодаря развитию современных форматов торговли овощные базы потеряли роль главного кормильца Москвы — через них проходит только 15% картофеля и 20% основных видов овощей, необходимых городу. Всего Москва в год съедает около 3 млн т свежих овощей и фруктов. И от 45 до 71% таких продуктов московские семьи покупают в супермаркетах и гипермаркетах, которые услугами «советских» овощных баз не пользуются, предпочитая собственные логистические центры. Базы снабжают овощами и фруктами остальные торговые предприятия — розничные рынки, торговые павильоны и маленькие магазины.

После событий в Бирюлеве Собянин распорядился ускорить работу по созданию трех современных логистических центров по хранению продовольствия за пределами МКАД. Все крупнейшие в мире агропромышленные центры, например Rungis в Париже или Mercamadrid в Мадриде, расположены за пределами города и представляют собой кластер со всей нужной инфраструктурой, говорит председатель правления ассоциации «Руспродсоюз» Максим Протасов. Московские власти подобрали для таких центров три площадки — на Варшавском шоссе в районе Щербинки, на Киевском шоссе и в районе «Шереметьево», рассказывает Немерюк. В последнем случае земли принадлежат структурам владельца гостиничной сети Azimut Александра Клячина. Переговоры с московскими властями идут, но решение не принято, сообщил источник в компании Клячина.

© «FLB»

Обсудить

Другие материалы рубрики

Все материалы рубрики

Рекомендуем

1 / 3