«Бандитский заказ. Месть ОПГ»

«Бандитский заказ. Месть ОПГ»

В Зауралье пятерых офицеров уголовного розыска могут отправить за решетку на основании показаний одного уголовника.

В Шадринске вынесения приговора ждут сразу пять оперуполномоченных, фактически «цвет уголовного розыска»: Александр Багаев, Денис Девятов, Денис Шешуков, Сергей Межутков и Валентин Колпаков. Их обвиняют в превышении должностных полномочий – избиении задержанных с применением спецсредств. Гособвинение просит для них от 4 до 8 лет лишения свободы. Сами полицейские своей вины не признают, а сторона защиты открыто заявляет, что уголовное дело – месть со стороны преступной группировки, членов которой «закрыли» опера. 

Шадринский районный суд готовится вынести приговор по уголовному делу пятерых оперуполномоченных городского уголовного розыска, которых обвиняют в двух эпизодах избиений задержанных. Операм предъявлены обвинения по пунктам «а», «б» части 3 статьи 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий с применением (или угрозой применения) насилия, а также с применением оружия или специальных средств»). Как сообщили сегодня в суде, судья Наталья Тюшнякова уже удалилась в совещательную комнату для вынесения приговора. Когда его огласят, пока неизвестно.

На скамье подсудимых оказались бывший заместитель начальника уголовного розыска Александр Багаев, двое старших оперуполномоченных – Денис Девятов и Валентин Колпаков, а также двое оперуполномоченных Денис Шешуков и Сергей Межутков.

Все они, по словам адвоката Дениса Девятова Ларисы Бем, — блестящие оперативники с опытом работы от 5 до 10 и более лет. 

Любопытно, что и сейчас все полицейские, кроме Багаева (он в прошлом году не прошел аттестацию), продолжают работать. «Они – действующие опера, которые и по сей день занимаются раскрытием преступлений, — пояснила Бем. – Днем ходят на допрос к следователю, а вечером к этому же следователю тащат подозреваемых по другим делам».

В пресс-службе следственного управления СК РФ по Курганской области подтвердили информацию о расследовании этого уголовного дела, но отметили, что смогут дать комментарии только после вынесения приговора. В Шадринской межрайонной прокуратуре сегодня в течение дня не смогли дать комментарий по этому делу. 

Между тем адвокат Лариса Бем сообщила, что гособвинение запросило для фигурантов дела от четырех до восьми лет лишения свободы. Полицейские не признают своей вины, и сторона защиты заявляет, что уголовное дело оперов стало местью со стороны местной организованной преступной группировки.

Бем напомнила, что Шадринск – довольно неспокойный с точки зрения криминальной обстановки город, в котором и сегодня продолжают действовать различные ОПГ. И возбуждение уголовного дела в отношении оперов защита связывает именно с тем, что в свое время полицейские посадили нескольких фигурантов одной из банд.

«Пару лет назад наши опера достаточно удачно поработали по уголовным делам и посадили пару-тройку значимых в городе лиц. Тогда была раскрыта серия особо тяжких преступлений, связанных с вымогательствами. Были арестованы и отбывали сроки фигуранты группировки «Братья Никитины», которая гремит у нас в Шадринске, она связана с вымогательством и поджогами», — говорит адвокат.

«Раскрытием преступлений «Братьев Никитиных» занимались наши оперативники. И тогда члены группировки сказали, что это им просто так не сойдет», — рассказала Лариса Бем.

Уголовное дело состоит из двух эпизодов – избиений граждан Пилипенко и Кузнецова. Второму эпизоду, по словам Бем, не уделяют особого внимания, и даже сам потерпевший в суде заявил, что никто из сидящих в зале суда его не бил. Таким образом, все обвинение в адрес оперов, уточнила адвокат, строится на показаниях Пилипенко, который, как заявляет сторона защиты, и сам является членом преступной группировки. «Естественно, никаких документов, что Пилипенко – член группировки «Братьев Никитиных», нигде, кроме как в оперативных документах, нет. Но это боец из этой группировки. Его ребята тоже наказывали – конкретно Денис Девятов участвовал в раскрытии преступления и давал свидетельские показания против Пилипенко», — уточнила Лариса Бем.

Пилипенко, по ее словам, написал заявление о том, что в 2011 его избили сотрудники полиции. Уголовное дело долго не возбуждали, это сделали только где-то через год. Потом дело долго расследовали, прекращали в связи с отсутствием состава преступления, снова возобновляли. Уже год – с октября 2014 года – дело рассматривается в суде.

При этом никаких доказательств, кроме показаний Пилипенко, в уголовном деле нет, а сам потерпевший постоянно меняет свои показания, сообщила Лариса Бем. Всего, по ее словам, он давал показания 24 раза, и 22 раза свои показания изменил. В зале суда Пилипенко также неоднократно менял свои показания. К примеру, изначально в них фигурировал и начальник угрозыска – Станислав Свинин.

В прениях сторон Бем указывала: 1 апреля 2011 года, давая показания, Пилипенко рассказал, что 28 января 2011 года около 11 часов 30 минут от магазина «Космос» его забрали трое мужчин в гражданской одежде и доставили в ОВД по Шадринску. В кабинете ОУР (отдел уголовного розыска – прим. ред.) на него надели наручники. В тот момент, по словам потерпевшего, там находились: Багаев, «Девятый», Свинин, Уваров, «Валя» и еще один неизвестный ему сотрудник.

В кабинете, по словам Пилипенко, его били, надевали на него противогаз, применяли электричество. Это продолжалось не менее 1-2 часов. Когда противогаз сняли, в кабинете остались трое сотрудников: Уваров, Свинин и кто-то еще. С разрешения Уварова Пилипенко воспользовался телефоном и вызвал адвоката. Затем Валя, Уваров и еще два сотрудника увезли его в ОРЧ (оперативно-разыскная часть – прим. ред.). Там на Пилипенко надел наручники Уваров по указанию Багаева, а сотрудник с темными волосами наносил потерпевшему подзатыльники. Они требовали, чтобы Пилипенко оговорил некоего Белика по уголовному делу.

Из показаний следует, что протокол допроса тогда заполнил следователь Перунов, который пришел часа через 3-4 – около 21 часа. Протокол подписал сам следователь от имени засекреченного свидетеля Завьялова. Примерно через 30 минут Пилипенко отпустили домой.

Однако в дальнейшем, как уточнила и заявляла суду адвокат Лариса Бем, потерпевший Пилипенко корректировал показания: менялись число избивавших его человек и обстоятельства избиения, появлялись новые фамилии (Колпаков, Межутков, Девятов), при этом никаких опознаний не проводилось. Он то заявлял, что видел избивавших его сотрудников, то опровергал это. Говорил о том, что ему наносили 20 ударов по ногам, но не мог пояснить следователю, почему тогда у него имеется только один кровоподтек.

Уже в суде Пилипенко заявлял: кто доставлял в ОРЧ, точно не помнит, об участии и роли Межуткова – не знает, о роли Суставова, Свинина, Уварова и Гурьева – перепутал. Долго настаивал, что его избивал Шешуков, а затем неожиданно заявил – «точно не бил».

«Я думаю, он меняет показания, потому что, когда говоришь неправду, можно запутаться. Может, где-то устыдился или еще что-то. Человек к тому же употребляет наркотики», — отметила Бем в разговоре с нашим корреспондентом.

Выступая в прениях, адвокат подчеркнула: прошли десятки следственных действий, в ходе которых потерпевший указывал различные фамилии фигурантов, путался в их ролях. Он долго указывал на Свинина, Суставова, Уварова и Гурьева (последнего, по словам адвоката, не существует в реальности), заявлял, что они наносили ему телесные повреждения, а затем резко поменял показания – нет, это были не они. «Дается ли этому достойная юридическая оценка? Нет», — отметила защитник.

При этом гособвинитель, по ее словам, указывает, что следует принимать во внимание только те показания, которые Пилипенко давал следователю Светличному. Непонятно, почему следует пренебречь другими показаниями потерпевшего.

А заключение судмедэкспертизы, по словам адвоката, противоречит показаниям потерпевшего в части отсутствия электрометок, а также количества и локализации телесных повреждений.

В суде Лариса Бем заявила: «Я не стану задавать гипотетических вопросов «почему следствие столь упорно притягивало за уши обвинение?» Все мы в разное время носили погоны и понимаем, что приказ есть приказ. Но я не понимаю, по какой причине те, кто этот приказ отдавал, совершенно не обеспокоились законной стороной дела».

По ее словам, доказательства и показания, которые указывают на непричастность оперов, в частности ее подзащитного Девятова, оставались неизменными с самого начала, однако представители обвинения указывают, что им верить не следует. «Причина, вероятно, только одна – принадлежность моего подзащитного и других фигурантов по делу к структуре МВД. Именно это обстоятельство не позволяет моим уважаемым оппонентам доверять показаниям свидетелей в погонах от уровня начальника ОМВД до рядового инспектора дорожной службы», — заключила Бем. Как она уточнила, сторона защиты приглашала в суд в качестве свидетелей и коллег оперов, и их непосредственных начальников. И все они называли подсудимых великолепными специалистами, поддерживали их точку зрения.

О том, откуда растут ноги у этого уголовного дела, Лариса Бем также заявила в суде. «Расследуя или рассматривая в суде то или иное уголовное дело, необходимо установить причину – по какой причине возникло дело? В чем дело? Бандитский заказ. Месть со стороны ОПГ. Знание психологии правоохранительных органов. Там, где вину гражданского лица нужно действительно доказывать, дело в отношении мента в суд улетит только на одном подозрении», — подчеркнула она на прениях сторон.

По словам Бем, даже если операм вынесут обвинительный приговор, ни она, ни ее коллеги не откажутся от их защиты. Она призвала подсудимых сотрудников угрозыска пригласить на оглашение приговора своих коллег и близких.

«Пусть они узнают результаты рассмотрения дела. И увидят, возможно ли осудить пятерых офицеров полиции на основании показаний одного уголовника, который беззастенчиво менял свои показания более 20 раз», — подчеркнула адвокат.

Лариса Бем считает: либо по этому делу вынесут справедливое решение (по мнению зашиты, это оправдательный приговор), либо будет создан прецедент на уровне всей страны. «На основании такого прецедента, без всякого сомнения, на скамью подсудимых будут и дальше отправляться наиболее результативные сотрудники полиции. Или прокуратуры, если их мнение пойдет вразрез с каким-либо желанием криминальных структур. А там и до судей с неугодными приговорами недалеко», — подчеркнула она.

Обсудить

Другие материалы рубрики

Все материалы рубрики

Рекомендуем

1 / 3