Спорт большой иглы: кто снабжает российских спортсменов допингом 

Спорт большой иглы: кто снабжает российских спортсменов допингом
Фото: Reuters

Из-за допинговых скандалов Россия может пропустить Олимпийские игры в Рио – решение будет принято к концу недели. Пока Международный олимпийский комитет обсуждает разгромный доклад ВАДА, а российские легкоатлеты отстаивают свое право на участие в Олимпиаде в Спортивном арбитражном суде, Forbes выяснил, как устроен рынок допинга в России.

В августе 2008 года во время Олимпиады в Пекине мексиканский тренер по физподготовке Анхель Эредиа рассказывал журналисту Spiegel, что все восемь участников финального забега на 100 м принимают запрещенные препараты. «Допинг везде, — убеждал он. — Легкая атлетика, плавание, лыжный и велоспорт никогда не будут чистыми». По его словам, допинг есть в гольфе, футболе, баскетболе, бейсболе и даже лучники принимают депрессанты, чтобы рука оставалась твердой. Эредиа знал, о чем говорил: до своего ареста в США в начале 2008 года он снабжал допингом элиту американского спорта. Среди его клиентов были 26 олимпийских медалистов и 21 чемпион мира. Forbes выяснил, как устроен рынок допинга в России.

Продавцы «драконов»

Свои первые деньги на стероидах Дмитрий Коломойцев заработал в 1998 году: купив за $3 у оптового поставщика упаковку «Метандростеналона» (производился на заводе «Акрихин»), он перепродал ее другу-бодибилдеру за $4. Масштаб бизнеса со временем вырос. В 2010 году уже матерого дельца задержали сотрудники Федеральной службы госнаркоконтроля с огромной партией — 300 кг — анаболических стероидов. Его обвинили в незаконном сбыте сильнодействующих веществ. Коломойцев провел полгода в СИЗО и вышел на свободу с условным сроком и титулом «Король анаболиков».

Сейчас в его московском магазине для тяжелоатлетов на витрине снова лежат упаковки с допингом — препаратами «Милдронат» (содержит мельдоний) и «Соматотропин» (гормон роста). Но коробки пусты. Они радуют глаз посетителей, объясняет Коломойцев.

Стероиды, за торговлю которыми Коломойцев получил срок, считаются классикой допинга, хотя он зарабатывал на них, продавая преимущественно непрофессионалам-бодибилдерам, которые не сдают допинг-тесты. Тем не менее в ежегодных отчетах Всемирного допингового агентства (WADA) они из года в год сохраняют лидерство среди обнаруженных видов допинга у спортсменов, встречаясь в 40–50% положительных проб. Всего в списке WADA наиболее часто встречается девять видов допинга (см. инфографику).

По словам врача Олимпийской сборной Финляндии Сергея Илюкова, медицинское применение анаболиков ограничено: «Это, например, остеопороз у пожилых людей или обширные ожоги — достаточно серьезные пограничные медицинские состояния, не распространенные среди спортсменов».

Большинство препаратов продается по рецепту врача в аптеках. «Кортикостероиды, строго запрещенные в спорте, встречаются даже в каплях от насморка, — рассказывает Николай Дурманов, экс-глава Российского антидопингового агентства (РУСАДА). — Любой спортсмен может законно купить препарат в аптеке. Но в спорте его потребление будет считаться нарушением химической дисциплины».

Помимо легальных поставок с заводов часть препаратов синтезируется в подпольных лабораториях. Такие препараты в спортивном мире называют "андеграундом". Их массовое производство началось в России в 2002–2003 годов, когда анаболики попали в список сильнодействующих веществ, распространение которых частными лицами карается по ст. 234 УК РФ и грозит заключением до восьми лет. Потребности в «самопале» до этого не было — стероиды со всего мира свободно продавались в аптеках. Производили анаболики и российские фармпредприятия — «Акрихин», «Биореактор» и «Фармадон».

допинг.jpg

Одним из легендарных брендов, под которым «андеграунд» распространялся в России, был British Dragon. Его в конце 1990-х основал в Таиланде американец Ричард Кроули. Через десять лет его бизнес вышел на мировой уровень, и в 2008 году он был экстрадирован в США, а затем осужден. Его выпустили через три года по состоянию здоровья, он умер на свободе через месяц после освобождения.

Но препараты British Dragon можно встретить и сегодня — бренд охотно используют компании из Молдавии, Белоруссии и Украины.

Партнером Кроули в Восточной Европе был румынский бизнесмен по имени Алин. «В начале 2000-х они поездами отправляли в Москву канистры с маслом, в котором был разведен препарат, — рассказывает Коломойцев. — Их встречали на вокзале и на квартирах фасовали по флаконам и клеили наклейки. Фасовщики пытались соблюдать стерильность, но во флаконы все равно попадала грязь и насекомые, и после приема British Dragon развивались абсцессы». В 2006 году Алин основал в Молдавии компанию Balkan Pharmaceuticals, которая вышла из подполья и начала поставки в молдавские больницы. Сейчас она владеет фабрикой в городе Сынджера площадью около 15 000 кв. м, которая выпускает широкий перечень стероидов. Выпуском стероидов в Молдавии занимаются и Euro Prime Pharmaceuticals, Vermodje и Evolution Pharmaceuticals. Долю всех молдавских производителей на рынке России Коломойцев оценивает в 50%. На рынке представлены также препараты польской Jelfa и быстрорастущей китайской компании Zhengzhou.

допинг1.jpg

Дистрибуция стероидов осуществляется через сайты, которые легко находят поисковики. Поставки активно идут в Россию с территории стран Таможенного союза, где отношение к стероидам мягче. Правда, предоплаченный товар не всегда приходит по почте на указанный адрес, иногда отправляют подделки. Но это не самый большой риск. Хуже то, что получатель может подвергнуться уголовному преследованию. Например, в 2013 году чемпион России по бодибилдингу Евгений Пихтов был задержан при получении посылки со стероидами из Белоруссии, и ему дали 3,5 года колонии.

На свободу Пихтов вышел на год раньше срока — после того как Конституционный суд признал, что ввоз стероидов в Россию из стран Таможенного союза не является контрабандой.Во всем мире классические анаболические стероиды в большом спорте считаются пережитком прошлого. «Проблема нашего спорта — большая отсталость, — считает Дмитрий Коломойцев. — Американские лаборатории целенаправленно занимаются поисками новых препаратов и отсутствием их видимости в крови, опережая нас лет на 15–20». По словам Коломойцева, силы мировой фармы сейчас брошены на синтез пептидных гормонов: «Вот чем Китай в Пекине всех потряс. Обнаружить нечего, потому что распадаются быстро, а эффективность потрясающая». Россияне не остались в стороне. В ноябре прошлого года на чемпионате мира по тяжелой атлетике в Хьюстоне в допинг-пробе победителя турнира Алексея Ловчева был обнаружен ипаморелин. Это пептид, разработку которого в свое время бросила компания Novo Nordisk. По словам Дурманова, именно такие разработки обычно подхватывают подпольные лаборатории.

Разгром русского допинга

В мае 2015 года в номер тренировочного комплекса «Юность» в Адлере для внезапной проверки атлетов постучал допинг-офицер. В комнате, где проживали призер чемпионата Европы Павел Ивашко и член сборной Александр Хютте, проверяющий увидел на полу шприц-бабочку. Хютте быстро убрал ее. Впечатления допинг-офицера попали в доклад WADA: представители сборной препятствовали проведению допинг-теста и отрицали присутствие спортсменов в номере, в прикроватной тумбочке атлетов находилось множество медикаментов и шприцев.

Внезапная проверка спортсменов-ходоков на тренировочной базе в Саранске в июне 2015 года тоже выявила много интересного. Допинг-тест в Саранске обнаружил в 9 из 15 проб спортсменов запрещенный эритропоэтин. Тренировал их легендарный Виктор Чегин, воспитавший целую плеяду чемпионов Олимпиад и мировых первенств по спортивной ходьбе. После того как 20 его спортсменов были пойманы на допинге и пожизненно дисквалифицированы (как и сам Чегин), центр его имени в Саранске закрылся.

Как допинг попадал к профессиональным спортсменам? Судя по докладу WADA, запрещенные препараты поставляли тренеры легкоатлетов. В докладе упомянуты Алексей Мельников, Владимир Казарин, Евгений Евсюков и главврач Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА) Сергей Португалов. Последний не только участвовал в работе сети по сбыту допинга, но и лично вкалывал препараты членам сборной.

Португалов, по словам легкоатлетки Юлии Степановой, получал около 5% от дохода спортсмена. За это он помогал составлять программы по употреблению допинга — эритропоэтина, динатропа и тестостерона. Казарин помогал спортсменам с оксанаболоном, примоболоном, оксандролоном, метенолона ацетатом и гормоном роста. Бонусом к препаратам от тренеров была помощь в сокрытии положительных результатов допинг-проб и предупреждение о внезапных проверках допинг-офицерами. Доходы от спортсменов были неплохими, Шобухова заявила, что с 2009 по 2011 год якобы заплатила Мельникову за помощь $85 000.

 

Обсудить

Другие материалы рубрики

Все материалы рубрики

Рекомендуем

1 / 3