«Хочешь мировое соглашение — плати деньги» 

«Хочешь мировое соглашение — плати деньги»
Московских арбитражных управляющих задержали 5 июня в Екатеринбурге после получения взятки Фото: Ura.ru

В деле московских арбитражников появились рейдерские захваты и сожженные мотоциклы.

В редакцию «URA.RU» пришла один из главных фигурантов уголовного дела московских арбитражников — соучредитель и генеральный директор ГК «Виктория» Евгения Шварц. Она рассказала пикантные подробности расследования и обстоятельства попытки рейдерского захвата «Виктории».

О деле членов «Московской саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих» Юрие Ушакове и Василии Жлудове стало известно в минувшем августе. Согласно краткой фабуле из материалов уголовного дела, «Ушаков, в составе группы лиц по предварительному сговору подозревается в получении от Евгении Шварц коммерческого подкупа в размере не менее 1,5 млн рублей за действия, входящие в служебные полномочия Ушакова». По версии следствия, управляющего Ушакова задержали сотрудники свердловского УЭБ и ПК ГУ МВД по Свердловской области после получения от соучредителя и генерального директора ООО «ГК Виктория» Евгении Шварц аванса подкупа — 750 тыс. рублей. Примечательно, что арбитражников задерживали сотрудники УЭБ и ПК ГУ МВД по Свердловской области, которых спустя несколько дней задержали сотрудники ФСБ, по обвинению в провокации взятки.

Генеральный директор ГК «Виктория» Евгения Шварц непосредственно вела переговоры с арбитражниками и передавала им деньги, для спасения своей компании. О подробностях тех событий бизнесвумен поведала в редакции «URA.RU». 

— Еще в 2013 году группа компаний «Виктория» купила у компании «Фасад» земельный участок в Каменске-Уральском под строительство многоэтажных жилых домов. Мы купили участок площадью около гектара по стоимости в районе 10 млн рублей. Построить же планировалось около 20 тысяч квадратных метров.

Мы были уже готовы приступить к началу строительства, получили положительное заключение экспертизы, но предприятие с которого нам этот участок переуступили, оказалось в процедуре банкротства. Через эту процедуру начали оспаривать сделку по переуступке земельного участка. Из Москвы привезли оценку, по которой право аренды со сроком окончания меньше года оценили в 40 млн рублей. То есть в разы завысив реальную стоимость этого участка. Через суд Москвы и банкротное дело сделку завернули, после чего с ГК «Виктория» попытались взыскать 38 млн рублей. Из-за всего этого, предприятие оказалось в процедуре банкротства.

Мы планировали в рамках банкротного законодательства эту ситуацию развернуть. В итоге, предприятие «Фасад», которое и продало нам право на аренду участка, оказалось нашим основным кредитором.

Тогда, в начале февраля, я и познакомилась с Юрием Ушаковым. Усилиями основного кредитора суд утвердил его в качестве конкурсного управляющего на предприятии ГК «Виктория». Соответственно, после этого я пришла к нему знакомиться.

— Ранее вы называли эту ситуацию рейдерским захватом. По-вашему, вся эта комбинация была спланирована?

— Если так глубоко копаться, то можно прийти к выводу, что это все оказалось гениальной многоходовкой. Но скорее просто стечение обстоятельств. Ведь есть одна ситуация — продажа нам земельного участка. По этому факту на сегодняшний день возбуждено уголовное дело по ст. 201 (злоупотребление полномочиями). А вторая ситуация — это когда воспользовавшись этой прелюдией, господин Ушаков со своей командой оказались основным конкурсным кредитором в рамках банкротства ГК «Виктория». Они не стали выкупать долги, они просто пришли и договорились с конкурсным управляющим «Фасада» Екатериной Русовой. Она выписала доверенность. После чего на собрании кредиторов проголосовали за утверждение новой кандидатуры конкурсного управляющего которым и оказался Ушаков.

— После чего с вами и попытались «договориться»?

— Дальше произошла встреча, знакомство на котором мне и были выдвинуты требования дальнейшего взаимодействия. Первый, как они выразились, вариант «хард» — это субсидиарная ответственность на меня как на директора. К тому моменту они уже арестовали имущество предприятия на общую стоимость 50 млн рублей. Начали разворачивать сделки с нашими подрядчиками и поставщиками, которые потратили усилия на строительство домов, разворачивали оплаты мне и моим партнерам. В общем это был вариант «хард», по которому они планировали запустить долгую процедуру и дешево продать наше имущество с контролируемых торгов. А весь излишек получить с меня в рамках субсидиарной ответственности.

На случай, если нам удастся договориться был вариант «лайт».

Понятно, что долгая процедура банкротства нас не устраивала. Мы стали обсуждать вариант заключения мирового соглашения. Пытались их убедить: «Вы же понимаете, что ситуация с землей образовалась из-за мошеннической схемы». На что нам ответили: «Моральная сторона нас не интересует». В общем мы предложили им договориться с мошенниками по каменской земле и решить вопрос заключением мирового соглашения. Ушаков с командой взяли паузу и попытались с ними разговаривать. У них не получилось договориться и они все-таки начали длительный вариант нашего долгого банкротства.

Зато нам удалось договориться с «Фасадом». Мы выкупили кредиторку и стали 100-процентным кредитором своего предприятия. После чего, мы пришли на собрание и проголосовали за утверждение мирового соглашения, подписали его и казалось что конец всех бед близок. Но не тут-то было. Господин Ушаков позвонил мне, закатил истерику и позвал встретиться.

На встрече он сказал:

«Если ты планируешь быстро закончить процедуру банкротства через мировое, то, соответственно, плати деньги».

Он просил полтора миллиона и 100-процентную предоплату. На что я возражала, что нет никаких гарантий. Тогда они попросили 750 тысяч рублей за подписание мирового соглашения и за сдачу документов в суд. А еще 750 тысяч после утверждения судом мирового соглашения. Чтобы быть уверенными, что я с ними рассчитаюсь вторым платежом, они попросили написать расписку, что якобы я взяла деньги у Василия Жлудова в долг. Жлудов действовал по доверенности от Ушакова.

Первые деньги я заплатила второго мая. А третьего мая с утра мировой соглашение отнесли в суд. 6 июня мировое было подтверждено. 15 июня произошла передача денег господину Ушакову, с участием сотрудников правоохранительных органов.

— В задержании принимали участие сотрудники свердловского УЭБ и ПК, которых позже, в свою очередь, задержали сотрудники ФСБ.

— Да. Но это все было позже. А так я их впервые увидела в день передачи денег. Такие, молодые парни, которые «прославились» через полторы недели. По всем процессуальным нормам они передали документы по делу в следственный комитет Чкаловского района. Там быстро возбудили уголовное дело, а Ушакова с Жлудовым 8 июля отправили под домашний арест. Но с того момента начались странности. 31 августа мы узнали, что суд отпустил обвиняемых под залог. К этому времени, нас так и не признали потерпевшими. Мы писали заявление, что оказывается давление на свидетелей: на меня и моего брата выходили люди, требовавшие забрать заявление и изменить показания. А у партнера сожгли мотоцикл. Но, насколько нам известно, правоохранительные органы не предприняли никаких действий.

Также мы сообщали следователям, что по нашим сведениям, обвиняемые нарушают правила содержания под домашним арестом. Нам рассказывали, что Ушаков неоднократно выезжал из дома.

По моему, когда человека задерживают после получения меченных денег — дело проще некуда. Мне казалось дело должно было достаточно быстро уйти в суд. А все как-то затягивается и не понятно куда движется. Возможно, на следователей оказывается давление.

— А что с мировым соглашением?

— Оно утверждено. ГК «Виктория» закончила процедуру банкротства. Участок в Каменске-Уральском пришлось отдать «Фасаду», чтобы выкупить на себя всю кредиторку.

— В некоторых СМИ Юрия Ушакова называют арбитражным управляющим, действующим в интересах УГМК. Якобы он задействован во многих банкротствах, где ту или иную роль играет Уральская горно-металлургическая компания.

— В разговоре со мной, Ушаков рассказывал о своих могущественных связях. Но в нашем случае, речь идет ведь не о корпоративном споре. Имеет место факт вымогательства. И наша ситуация никак не завязана с интересами УГМК.

Обсудить

Другие материалы рубрики

Все материалы рубрики

Рекомендуем

1 / 3