Ростовский областной суд пересмотрел в апелляционном порядке уголовное дело в отношении 15 лидеров и участников организованного преступного сообщества (ОПС) «Сельмаш». По итогам заседаний судебная коллегия изменила первоначальный приговор: одним фигурантам наказание незначительно снизили, а для других — существенно ужесточили. Приговор официально вступил в законную силу.
Фигурантам инкриминировались тяжкие составы преступлений:
Организация преступного сообщества и участие в нем (части 1 и 2 статьи 210 УК РФ).
Системное вымогательство, совершенное организованной группой в особо крупном размере (часть 3 статьи 163 УК РФ).
Следствию и суду удалось доказать, что группировка действовала как единый слаженный механизм с жесткой дисциплиной и распределением ролей.
Несмотря на изменение отдельных сроков, суд признал вину участников криминальной организации полностью доказанной. Следствию и суду удалось доказать, что группировка действовала как единый слаженный механизм с жесткой дисциплиной и распределением ролей.
Помимо лишения свободы, судебная коллегия оставила в силе внушительные финансовые санкции — совокупный размер штрафов для участников группировки составил 18,2 миллиона рублей.
Кому сократили сроки заключения?
Защите нескольких ключевых фигурантов удалось добиться частичного смягчения наказания в апелляционной инстанции:
Георгию Иванову наказание снижено с 23 до 22 лет лишения свободы. Отбывать этот срок он будет в исправительной колонии особого режима.
Денису Карпенко суд сократил срок заключения с 18 до 15 лет колонии особого режима.
Кому наказание ужесточили?
Для ряда участников ОПС «Сельмаш» апелляционный процесс обернулся увеличением сроков заключения:
Сергею Опрышко увеличили время пребывания под стражей с 9 до 10 лет колонии особого режима.
Сергею Коваленко и Сергею Осипову вместо первоначальных 8 лет лишения свободы назначили по 10 лет каждому.
Зурику Цатава суд также добавил один год — его срок вырос с 9 до 10 лет заключения.
Сроки остальных фигурантов судебная коллегия оставила без изменений. В частности, Эдик Оганесян проведет в колонии особого режима 20 лет, Александр Мартынов — 19 лет, Сергей Бондаренко — 18 лет, а Гаджимурад Гасанов — 16 лет.
Преступное сообщество «Сельмаш» зародилось в Ростове-на-Дону еще в начале 2000-х годов, начав с контроля привокзальных территорий и рэкета мелких торговцев. Со временем организация трансформировалась в мощную криминальную структуру, которая контролировалась известным вором в законе Нодари Асояном (также известным как Нодар Руставский), имевшим статус «смотрящего» за Ростовской областью.
Особенно агрессивно ОПС действовало в сфере ритуальных услуг Ростова-на-Дону, фактически монополизировав местный похоронный бизнес через подконтрольное крыло, известное как банда «Кладбищенские». В период с 2011 по 2019 год участники сообщества занимались системным вымогательством денег и имущества у ростовских предпринимателей, работающих в этой сфере, а также у осужденных.
Предпринимателей и рядовых граждан заставляли платить фиксированную дань под угрозами физической расправы, избиений и поджогов имущества. Значительная часть вырученных криминальным путем средств регулярно отправлялась траншами на пополнение единого воровского общака, который контролировал лично Асоян.
Разгром ОПС «Сельмаш» стал результатом многолетней разработки оперативников регионального управления ФСБ и ГУ МВД России по Ростовской области.
Силовикам удалось поэтапно задержать боевиков, рядовых исполнителей и финансовых кураторов группировки, объединив в одно производство 18 уголовных дел.
Однако на скамье подсудимых оказались далеко не все руководители организации. Сам основатель сообщества Нодари Асоян и несколько его ближайших соратников успели скрыться из России.
По оперативным данным, Асоян долгое время находился на Украине по поддельным паспортам, а затем перебрался в Грецию, где задерживался по линии Интерпола, но вновь оказался на свободе.
В настоящий момент он и другие выжившие лидеры банды объявлены в международный розыск. Для тех же 15 участников ОПС, кто остался под стражей в России, апелляционный суд поставил точку в деле — даже с учетом пересчета некоторых сроков, ближайшие десятилетия им предстоит провести в колониях строгого и особого режимов.
