Высокий суд Лондона поставил точку в многолетнем разбирательстве между алюминиевым гигантом «Русал» и компанией OWH SE (бывший VTB Bank Europe). Суд признал законными требования немецкой стороны по валютным контрактам 2019 года. Теперь спор перемещается в российскую юрисдикцию, где «Русал», как ни странно, сам просит признать это поражение.
Корни спора уходят в досанкционный 2019 год. Тогда «Русал» и его дочерняя компания RTI заключили с VTB Bank Europe (немецкое подразделение ВТБ) соглашение о валютно-процентном свопе. Целью сделки было хеджирование валютных рисков — стандартная практика для экспортера. Ситуация изменилась в феврале 2022 года. Из-за резкой волатильности курса рубля банк потребовал от «Русала» внести дополнительное обеспечение (маржин-колл). «Русал» платить отказался, мотивируя это тем, что банк находится под санкциями, а перевод средств может быть расценен как нарушение международных ограничений.
В ответ на это немецкий регулятор фактически отстранил материнский ВТБ от управления «дочкой», переименовал её в OWH SE и запустил процесс ликвидации. Новая администрация банка немедленно подала на «Русал» в Лондонский международный третейский суд (LCIA).
Лондонский арбитраж, а следом за ним и Высокий суд Лондона, встали на сторону OWH SE.
Ключевые выводы суда: Суд постановил, что введение санкций само по себе не аннулирует обязательства по коммерческому контракту, если механизмы оплаты технически возможны; Суд подтвердил право OWH SE требовать €213,7 млн основного долга плюс накопленные проценты и судебные издержки; Аргумент «Русала» о том, что OWH SE всё еще фактически контролируется подсанкционным ВТБ, был отклонен, так как банк находится под надзором немецкого регулятора BaFin.
Самым необычным в этой истории стал маневр «Русала» в российской юрисдикции. Сразу после решения в Лондоне компания подала иск в Арбитражный суд Калининградской области с просьбой признать и исполнить решение британского суда против самой себя.
Юристы выделяют две причины такого поведения, во-первых у «Русала» есть встречные претензии к структурам ВТБ и европейским регуляторам. Признание долга в РФ позволяет провести взаимозачет или заблокировать средства на спецсчетах типа «С», чтобы деньги не покинули российскую юрисдикцию, и вторая, официальное признание долга судом РФ защищает топ-менеджмент «Русала» от обвинений в незаконном выводе валюты за рубеж при исполнении решения.
Для российского бизнеса это решение важный сигнал. Оно показывает, что западные суды продолжают игнорировать «санкционный форс-мажор» в коммерческих спорах.
Для «Русала» же выплата €214 млн не станет критической, учитывая объемы выручки, однако кейс создает прецедент, по которому другие западные кредиторы могут попытаться взыскать долги с российских компаний, используя аналогичные решения лондонских судов как «золотой стандарт». «Русал» через российский суд легализовал выплату 214 млн евро по решению Лондонского суда, переведя средства на счет типа «С» в рамках своего резидентства в Калининградском САР. Эта стратегия позволяет компании исполнить обязательства, избежав валютных ограничений, и фактически заморозить средства внутри РФ, предотвращая их вывоз в Германию.
Эксперты озвучили своё мнение зачем российскому гиганту признавать решение «враждебного» суда, да еще и в Калининграде? На самом деле, это тонкая юридическая игра.
Если говорить по-простому, «Русалу» решение Лондона нужно как «железное» оправдание», и вот почему: Во-первых, чтобы не «сесть за вывод денег». В России сейчас очень строгий валютный контроль. Если компания просто так отправит 214 миллионов евро за границу (тем более в Германию), к директору придут из органов с вопросом: «Зачем вы выводите капитал в недружественную страну?». А когда есть решение Лондонского суда, подтвержденное российским судом в Калининграде — это уже не «вывод», а исполнение законного судебного акта, что является юридическим щитом для менеджмента. Во-вторых, деньги остаются в России (Счета типа «С»). Это самый хитрый момент. «Русал» признает долг, но платить он его будет не на прямой счет в Германию, а на специальный счет типа «С» в российском банке. Деньги со счета «С» нельзя просто так забрать и вывести из РФ. А итогом является то, что «Русал» перед мировым правом чист (он долг признал и «заплатил»), но по факту деньги остаются внутри российской финансовой системы. В третьих, защита имущества за рубежом. У «Русала» много активов по всему миру (заводы, порты, корабли). Если бы они просто проигнорировали решение Лондонского суда, немецкая OWH SE могла бы пойти в суды других стран и начать арестовывать имущество «Русала» там.
Признание долга и начало процесса «выплаты» через Калининград — это способ показать международным юристам: «Мы не скрываемся, мы платим, но так, как позволяют текущие законы». В четвертых, Юридический «зачет», «Русал» сам судится с европейскими властями из-за того, что у него там заблокировали активы.
Признав долг перед бывшей «дочкой» ВТБ, «Русал» создает базу для взаимозачета - «Мы должны вам за свопы, а вы должны нам за заблокированные заводы. Давайте просто вычтем одно из другого». И в итоге для «Русала это не поражение, а способ легализовать сложную финансовую операцию и не подставиться под удар ни внутри России, ни снаружи» - пояснил эксперт.
Выбор места для подачи исков и судебных разбирательств тоже не случаен. Остров Октябрьский в Калининграде — это не просто живописное место со стадионом к ЧМ-2018, а российский «офшор для своих». Официально это называется САР — Специальный административный район.
И вот почему «Русал» и другие гиганты выбирают именно эту точку для своих юридических маневров:
Он имеет особый статус (Русский офшор), САР создали специально для того, чтобы крупные российские компании могли быстро переехать из зарубежных юрисдикций (типа Кипра, Бермуд или острова Джерси) обратно в Россию, но при этом сохранить привычные им нормы английского или международного права. Остров Октябрьский дает компаниям «юридический иммунитет» и очень низкие налоги на дивиденды.
Свой суд для международных дел, в Калининграде арбитражные судьи уже «набили руку» на делах, где замешаны иностранные компании и санкции. Для них признание решения Лондонского суда — это понятная процедура. Если в обычном региональном суде судья может удивиться иску «признайте меня должником перед немцами», то в калининградском САР это часть повседневной работы по возвращению капиталов в РФ.
«Русал» (точнее, его материнская компания En+) зарегистрирован именно здесь. Когда компания прописана на острове Октябрьский, она попадает под защиту специальных законов, которые позволяют проводить расчеты через те самые счета типа «С». Это идеальное место для того, чтобы «запереть» деньги внутри страны под видом исполнения западного судебного решения.
САР дает возможность скрывать часть информации об акционерах и сделках. В условиях санкций это критически важно: «Русал» может проводить сложные взаимозачеты с иностранцами так, чтобы об этом не узнали лишние люди и не наложили новые ограничения.
В итоге Остров Октябрьский — это такая «безопасная зона», где международные долги превращаются в российские обязательства. Здесь западное право встречается с российскими интересами, и всем от этого (кроме немецких кредиторов) становится спокойнее.
Мы сейчас наблюдаем рождение новой «схемы выживания» для всего крупного российского бизнеса. Скорее всего, практика станет массовой, это идеальный выход из юридического тупика, когда компании зажаты между западными судами (которые требуют платить) и российскими законами (которые запрещают выводить валюту). «Проигрыш» в Лондоне с последующим признанием в Калининграде — это легальный мост между двумя мирами. Это защита от «пиратства» и защита имущества компании от арестов за неуплату долгов по международным судебным решениямкомпания просто не заплатит, её самолеты или танкеры не арестуют в первом же иностранном порту. Решение исполнено, долг «погашен» (пусть и на заблокированном счету в РФ), претензий к имуществу за рубежом быть не должно. Кроме этого государство в плюсе, деньги не уходят из страны. Они лежат в российском банке, работают на нашу экономику, а иностранный кредитор видит их только в виде цифр на мониторе, которыми не может воспользоваться. Так что да, Калининград (остров Октябрьский) и Приморье (остров Русский) скоро станут главными «цехами» по переработке западных судебных решений в российские интересы.
Открытым остается один вопрос, а долго ли западные кредиторы будут терпеть такие «выплаты» на счета типа «С», или они начнут менять свои законы, чтобы заблокировать эту лазейку?
