Миллиардные убытки «Росатома» спущенные в долговую яму компании «Медскан», масштабные хищения и завышенные расходы на западных юристов. К сожалению в истории которую мы расскажем бизнесмен Евгений Туголуков — далеко не ключевая фигура. Куда важнее понять, кто внутри «Росатома» годами согласовывал еще одну коррупционную модель приносящую огромные убытки и почему эта конструкцию продолжала получать деньги до сих пор.
В распоряжении «Преступной России» находится обширный архив документов, переписки и финансовых материалов, связанных с различными структурами «Росатома». В предыдущих расследованиях мы подробно разбирали международный контур госкорпорации и деятельность АО «Техснабэкспорт». К этой теме редакция еще не раз вернется.
Однако изученные материалы показывают: вопросы возникают не только там, где торгуют ураном и работают зарубежные посредники. Не менее показательно выглядит медицинское направление «Росатома» — дивизион «Технологии здоровья».
По предварительной оценке «Преступной России», совокупный масштаб сомнительных операций и возможных хищений в дивизионе «Технологии здоровья» может достигать 120 млрд рублей. Это оценка, которую редакции еще предстоит детально обосновать документами и движением средств. Именно поэтому нынешняя публикация — лишь первая часть расследования: дальше мы будем устанавливать конкретных организаторов, бенефициаров и должностных лиц, благодаря которым эта система могла существовать внутри «Росатома».
Убыточное «здоровье»
Головное АО «Росатом Технологии здоровья» трудно назвать финансово благополучным. По данным открытой бухгалтерской отчетности, компания остается убыточной много лет подряд. В 2024 году при выручке 707,5 млн рублей чистый убыток достиг 4,53 млрд рублей. В 2025-м выручка рухнула до 211,7 млн, компания снова получила 386,8 млн рублей убытка, а собственный капитал оказался отрицательным — около минус 5 млрд рублей.
При этом речь идет о структуре, через которую «Росатом» реализует крупные проекты в медицине.
Один из примеров — отечественный комплекс лучевой терапии «Оникс». На его разработку был выделен грант Минобрнауки в 250 млн рублей. Согласно условиям соглашения, промышленный партнер должен был обеспечить софинансирование, организовать производство и вывести комплекс на рынок. В 2026 году Арбитражный суд Москвы установил нарушение условий соглашения и взыскал с «Росатом Технологии здоровья» 21 млн рублей неустойки. Первоначально министерство требовало 42,4 млн.
Другой пример — завод радиофармпрепаратов в Обнинске. В январе 2023 года «Росатом» объявлял инвестиции более 9 млрд рублей, 21 производственную линию и ввод предприятия в 2025 году. В апреле 2026-го параметры уже выглядели иначе: первые линии обещаны к концу 2026 года, выход на полную мощность — в 2028-м, а на площадке заявлены 16 технологических и одна исследовательская линия.
Сам по себе перенос сроков, разумеется, не доказывает хищения. Но для проекта стоимостью свыше 9 млрд рублей изменение графика и конфигурации требует простого ответа: какова его актуальная стоимость и сколько средств фактически освоено? В переданном редакции архиве этот объект прямо отмечен как требующий отдельной финансовой проверки.
Одной из самых неоднозначных и, судя по финансовому результату, наиболее проблемных инвестиций медицинского дивизиона стала группа «Медскан». Формальным партнером «Росатома» в этом активе выступает Евгений Туголуков, однако сводить всю историю к фигуре частного предпринимателя было бы слишком просто. Структуры госкорпорации последовательно наращивали долю в компании, вкладывали в нее миллиарды рублей и участвовали в формировании органов управления. Поэтому главный вопрос здесь не только в том, кто юридически владеет «Медсканом», а в том, кто фактически определял судьбу этого актива и кто именно внутри «Росатома» принимал решения о вхождении в капитал, последующем финансировании и сохранении инвестиций несмотря на ухудшение финансовых показателей. Ответы на эти вопросы «Преступной России» еще предстоит установить по документам из архива, корпоративным решениям и финансовым материалам.
«Медскан»: Туголуков здесь не один
История «Медскана» вообще по своему уникальна. «Росатом» вошел в капитал группы в 2022 году с долей 25%, а в 2023-м довел ее до 50%. И это было не пассивное финансовое вложение.
В презентации самого «Медскана» для инвесторов говорится, что совокупный вклад «Росатома» в капитал составил 8 млрд рублей. Дополнительно группа получила от госкорпорации 1,8 млрд рублей займов по ставке ниже рыночной и бридж-финансирование на 5 млрд рублей. Там же прямо указано, что фактический контроль над группой принадлежит структуре «Росатома», пять из девяти членов совета директоров представляют госкорпорацию, а сама она определяет стратегию развития «Медскана».
На этом фоне финансовый результат выглядит особенно важным. По МСФО за 2025 год «Медскан» получил 3,29 млрд рублей чистого убытка при выручке 32,57 млрд. Краткосрочные обязательства составляли 10,62 млрд рублей, долгосрочные — 14,77 млрд.
В конце декабря 2025 года основной акционер компании Евгений Туголуков перевел принадлежавшие ему 50% «Медскана» из прямого владения в подконтрольное АО «Медицинский актив». Корпоративное раскрытие подтверждает эту перестройку. При этом «Медицинский актив» показывал убытки четыре года подряд: 509 млн рублей в 2022-м, около 10 млн в 2023-м, 11,6 млн в 2024-м и 12,8 млн в 2025-м.
В 2026 году появился новый финансовый инвестор, получивший 10% «Медскана», после чего доли «Росатома» и Туголукова сократились до 45% каждая. Инвестор профинансировал выкуп 39% KDL у «Сбербанк инвестиции» за 4,8 млрд рублей.
Но именно здесь и возникает принципиальный вопрос. Если сам «Медскан» публично заявляет, что стратегию группы определяет «Росатом», совет директоров контролируется его представителями, а объем предоставленной финансовой поддержки исчисляется миллиардами, объяснить происходящее исключительно действиями Туголукова уже невозможно.
Есть у истории Туголукова и еще один момент, который плохо сочетается с образом исключительно медицинского инвестора. С июня 2022 года предприниматель числится бенефициаром АО «Русджет» — одного из старейших российских операторов деловой авиации. В переданных редакции материалах речь идет о парке примерно из 18 самолетов и обслуживании клиентов из высших эшелонов российской элиты. Центр «Досье», расследовавший деятельность перевозчика совместно с Delfi, установил, в частности, что после начала санкционного периода под управление «Русджета» перешел Airbus ACJ319, которым, по данным журналистов, пользовался Рамзан Кадыров.
Однако наиболее примечателен не список пассажиров, а люди, оказавшиеся рядом с компанией. Как установили журналисты, по меньшей мере один из самолетов под управлением «Русджета» — Bombardier Global 5000 RA-67136 — принадлежит ООО «Летона джет», единственным участником которого является Валерий Битаев. Источники Центра «Досье» называют Битаева влиятельным посредником, имеющим прямой доступ к руководству ФСБ.
Еще более необычно выглядит вопрос фактического управления перевозчиком. Собеседники «Досье» в авиационной отрасли утверждают, что на переговорах с крупными клиентами и контрагентами решения от имени «Русджета» принимал не формальный бенефициар Туголуков и не его менеджеры, а человек, представлявшийся Андреем Николаевичем Петровым. Авторы расследования, сопоставив паспортные данные и фотографии, пришли к выводу, что под этим именем может действовать Аркадий Беркович — фигурант дела банды Аслана Гагиева, которого следствие ранее обвиняло в соучастии в нескольких убийствах. Беркович содержался под стражей как минимум до марта 2017 года, однако приговора в отношении него журналистам обнаружить не удалось; обстоятельства его дальнейшего освобождения также остаются неясными. Отождествление Берковича с «Петровым», равно как и его роль в управлении «Русджетом», являются выводами журналистского расследования и судом не установлены.
На этом фоне особенно интересна роль самого Туголукова. Центр «Досье» отмечает, что, оставаясь формальным бенефициаром авиакомпании, он не ответил журналистам на вопросы о том, кто в действительности управляет перевозчиком. Авторы расследования также утверждают, что по имевшимся у них данным о пересечениях границы Туголуков не пользовался самолетами собственной компании для зарубежных перелетов.
В переданном «Преступной России» архиве эта же конфигурация описывается как основание проверить, не выполняет ли собственник прежде всего функцию формального держателя актива, тогда как реальное влияние распределено между другими участниками. Все это само по себе не доказывает наличия у Туголукова личных отношений с руководителями спецслужб. Но авиационный бизнес помещает совладельца «Медскана» в весьма специфическую систему связей: формальный собственник — Туголуков, владелец одного из ключевых бортов — человек, которому источники приписывают доступ к высшему руководству ФСБ, а фактическим переговорщиком журналисты называют персонажа с крайне непрозрачной биографией. Поэтому для истории «Медскана» важен уже не только вопрос о финансовом состоянии бизнеса Туголукова.
Не менее важно понять, какими неформальными ресурсами располагал партнер «Росатома», кто проводил его проверку перед многомиллиардными инвестициями госкорпорации и учитывался ли этот авиационно-силовой контур при принятии решений о вхождении государства в его медицинский бизнес. Прямых доказательств влияния этих связей на сделки с «Росатомом» в изученных материалах пока нет — и именно поэтому этот вопрос требует отдельной проверки.
Юристы и миллиард за границей
Отдельный блок доступного нам архива касается юридического сопровождения предприятий, связанных с «Росатом Технологии здоровья». В материалах фигурирует «Орион Партнэрс» — крупная российская юридическая фирма, команда которой сформирована в том числе из выходцев из Linklaters, Herbert Smith, Clifford Chance, Freshfields и других международных компаний. По открытой отчетности, ее выручка за 2025 год составила 1,55 млрд рублей.
Согласно данным переданного редакции архива, среди клиентов «Ориона» находился не только «Медскан», но уже знакомые нам по предыдущим публикациям «Техснабэкспорт», Uranium One Group и другие предприятия из контура «Росатома». Источники «Преступной России» оценивают платежи таких структур в адрес фирмы более чем в 200 млн рублей в 2025–2026 годах и утверждают, что применявшиеся ставки могли существенно превышать рыночные. Отдельную роль в привлечении «Орион Партнэрс» сыграл директора правового блока «Росатома» Андрея Попова, однако однако к этому мы вернемся в следующей публикации.
Еще серьезнее выглядит содержащаяся в архиве информация о платежах «Орион Партнэрс» в пользу международной фирмы TA Advisory — суммарно примерно на 1 млрд рублей через Сербию и ОАЭ.
При этом сама TA Advisory это действующая международная юридическая фирма со штаб-квартирой в Женеве и офисами в Цюрихе, Белграде и Дубае; профессиональные источники оценивают ее команду примерно в 15 юристов. Швейцария при этом официально входит в российский перечень государств, совершающих «недружественные действия».
Отдельный вопрос — почему деятельность юридического блока «Росатома» до сих пор, по крайней мере публично, не стала предметом повышенного внимания собственной службы безопасности госкорпорации и профильных кураторов, отвечающих за экономическую безопасность стратегических предприятий.
Речь идет не о рядовых расходах на внешних консультантов, а о системной работе с «Орион Партнэрс», стоимости ее услуг, принципах формирования тарифов и роли фирмы в сопровождении крупных корпоративных сделок, в том числе связанных с вхождением структур «Росатома» в капитал «Медскана». Если сведения архива о масштабах платежей и привлечении зарубежных субподрядчиков подтвердятся, закономерно возникает вопрос: кто внутри госкорпорации согласовывал такие условия, проводилась ли проверка их экономической обоснованности и конфликта интересов и почему эти обстоятельства не вызвали заметной реакции внутреннего контроля. Тем более что речь идет о юридическом сопровождении решений, последствия которых сегодня измеряются уже не гонорарами консультантов, а миллиардами рублей инвестиций и убытков.
Туголуков может быть удобной фигурой для объяснения проблем «Медскана». Но миллиарды в капитал, льготные займы, бридж-финансирование, большинство в совете директоров и право определять стратегию — это уже зона ответственности самого «Росатома» и его юридического департамента. Поэтому след ведет не только к Туголукову, а к протоколам советов директоров, инвестиционным комитетам, закупкам, юридическому блоку и тем должностным лицам, которые годами подписывали решения обременяющий госкорпорацию огромными убытками.
Главный вопрос прост: «Росатом» действительно годами не замечал, во что превращается его медицинский дивизион, — или существующая система была кому-то внутри корпорации выгодна?
Ответ на него могут дать не публичные заявления, а результаты внутреннего аудита.
Чем глубже редакция изучает эту конструкцию, тем меньше оснований считать Туголукова ее единственным — а тем более конечным — выгодоприобретателем. За ним неизбежно возникают другие вопросы: кто внутри «Росатома» лоббировал вхождение в «Медскан», кто согласовывал последующие миллиардные вливания, кто обеспечивал этой модели административное прикрытие и кто продолжал принимать решения уже после того, как финансовые проблемы актива стали очевидными?
Если содержащиеся в архиве сведения о хищениях и выводе средств подтвердятся, предстоит установить и главное — куда в действительности уходили эти деньги, между кем распределялась экономическая выгода и какую роль в обслуживании этой системы играли привлеченные юристы и юридический департамент самой госкорпорации. Имена тех, кто стоял за решениями, согласовывал сделки, определял подрядчиков и обеспечивал движение денег, редакции еще предстоит установить. Этим «Преступная Россия» и будет заниматься дальше — последовательно сопоставляя договоры, платежи, корпоративные решения и связи их участников. Эта публикация — не итог расследования, а только его начало. К «Медскану», Туголукову, юридическому контуру и людям внутри «Росатома», принимавшим ключевые решения, мы еще неоднократно вернемся.
От редакции
«Преступная Россия» продолжает расследование деятельности «Росатома», а также структур обслуживавших хищение денег из бюджета госкорпорации. Документы, договоры, банковские выписки, платежные поручения, переписку и сведения о компаниях, посредниках и конечных бенефициарах можно направить на [email protected] Редакция соблюдает конфиденциальность и не раскрывает личности источников без их согласия.
Часть обнаруженных редакцией архивных документов, которые, по оценке «Преступной России», могут свидетельствовать о финансовых махинациях и легализации денежных средств на территории США, России, Швейцарии, Германии, Канады, Кипра, Австрии, Казахстана, Южной Кореи, Узбекистана, Сербии, Италии, Вьетнама, Танзании, ОАЭ и Великобритании, уже направлена в правоохранительные органы этих стран для проверки изложенных в них фактов.
«Преступная Россия» готова предоставить слово любому из участников описываемых событий и опубликовать их позицию, комментарий или опровержение.
Дополнительно по теме:
