VK, которой с декабря 2021 года руководит Владимир Кириенко — сын первого заместителя главы администрации президента Сергея Кириенко, — закончила первое полугодие 2026 года с чистым убытком по МСФО 3,846 млрд рублей. Год назад за тот же период минус составлял 12,67 млрд.
Одним из главных источников давления на финансы VK стала дорогая и постоянно расширяющаяся инфраструктура холдинга. Сама компания объясняла резкий рост убытка в 2024 году увеличением затрат на привлечение авторов и производство контента, техническое оборудование, разработку новых сервисов и персонал. Только расходы на сотрудников за год выросли почти на треть — с 52,1 млрд до 67,3 млрд рублей, то есть достигли почти половины всей годовой выручки VK. Немалые суммы уходят и верхушке холдинга: денежное вознаграждение ключевого управленческого персонала, без учета директоров, составило 2,861 млрд рублей в 2024 году, а в 2025-м — еще 1,892 млрд рублей; кроме того, руководителям в 2025 году предоставили права на акции справедливой стоимостью 445 млн рублей.
В результате VK одновременно финансирует огромный штат, производство и закупку контента, оборудование и целую россыпь дорогих проектов — от VK Video и RuStore до VK Play и MAX. Поэтому многолетние убытки связаны не только с бухгалтерскими переоценками и стоимостью долга: сама операционная машина холдинга требует десятков миллиардов рублей в год, а миллиардные выплаты высшему менеджменту продолжаются даже тогда, когда компания заканчивает год в глубоком минусе.
Показательно, что выйти в квартальную прибыль VK в последние годы удавалось прежде всего тогда, когда компания продавала крупные активы. Во II квартале 2026 года холдинг показал чистую прибыль 328 млн рублей, но одновременно получил около 3,5 млрд рублей прибыли от продажи 25% «Точка Банка» структуре «Интерроса» Владимира Потанина. Без этого разового дохода квартал снова закончился бы в минусе. Похожая картина была и в III квартале 2022 года, когда VK получила 41,2 млрд рублей чистой прибыли на фоне продажи игрового бизнеса MY.GAMES Александру Чачаве за $642 млн и выхода из совместного с «Сбером» O2O-холдинга. Иными словами, редкие прибыльные кварталы VK в последние годы были связаны не столько с основной деятельностью соцсетей, рекламы и цифровых сервисов, сколько с крупными разовыми сделками по продаже активов.
Многолетний минус у VK тянется с 2020 года. По опубликованным компанией и деловыми СМИ показателям убыток составлял 1,959 млрд рублей в 2020-м и 6,486 млрд в 2021-м, в 2022 году убыток от продолжающейся деятельности достиг 32,6 млрд, в 2023-м — 34,3 млрд, а в 2024-м был поставлен рекорд — 94,9 млрд рублей. В 2025 году убыток сократился до 25,4 млрд. Вместе с первым полугодием 2026-го арифметическая сумма этих показателей приближается к 200 млрд рублей.
Самым тяжелым для VK пока остается 2024 год. При выручке 147,6 млрд рублей чистый убыток вырос почти втрое — с 34,3 млрд до 94,9 млрд.
Одновременно VK получала крупное финансирование. В апреле 2023 года Фонд национального благосостояния купил облигации ООО «ВК» на 60 млрд рублей — 60 млн бумаг номиналом по 1 тыс. рублей. В 2025 году холдинг провел гигантскую допэмиссию: по закрытой подписке были размещены 345,03 млн новых акций на 112 млрд рублей по цене 324,9 рубля за бумагу. Компания прямо сообщала, что деньги предназначены прежде всего для снижения долговой нагрузки.
Отдельно шли бюджетные средства. Согласно данным об исполнении федерального бюджета, которые весной 2026 года изучили «Коммерсантъ» и Forbes, в 2025 году на связанные с VK сервисы было направлено 43,5 млрд рублей. Из них 39,5 млрд предназначались для развития национальной видеоплатформы VK, еще 4 млрд — для многофункционального сервиса обмена информацией ООО «МАХ». Эти 43,5 млрд составили около 9,5% всех расходов Минцифры за год, равных 456,8 млрд рублей.
MAX к этому времени получил уже не только деньги, но и особый статус. 24 июня 2025 года Владимир Путин подписал закон №156-ФЗ о создании многофункционального сервиса обмена информацией. Проект развивает структура VK. По данным самой компании на август 2026 года, ежедневная аудитория MAX превышает 87 млн, месячная — 108 млн пользователей; за первое полугодие через сервис было отправлено более 260 млрд сообщений и совершено свыше 8 млрд звонков.
Рост MAX проходил одновременно с ограничениями его крупнейших зарубежных конкурентов. 13 августа 2025 года Роскомнадзор ограничил звонки в Telegram и WhatsApp, объяснив решение борьбой с мошенничеством и нарушениями российского законодательства. В феврале 2026 года начались новые ограничения Telegram. 12 февраля 2026 года домены WhatsApp были исключены из Национальной системы доменных имен, после чего сервис оказался недоступен в России без средств обхода блокировки. Связывать эти решения непосредственно с финансовыми результатами VK оснований нет, однако они резко изменили рынок, на котором компания продвигает MAX.
Сам Владимир Кириенко возглавил VK 13 декабря 2021 года, сменив Бориса Добродеева. Совет директоров тогда проголосовал за его назначение единогласно. Его отец Сергей Кириенко и сейчас занимает должность первого заместителя руководителя администрации президента.
Весной 2026 года издание «Вёрстка», ссылаясь на попавшие к нему данные об индивидуальных выплатах, сообщило, что только за первые семь месяцев 2025 года Владимир Кириенко получил от VK 460,3 млн рублей. По этим данным, обычные месячные перечисления составляли 6,4–9 млн рублей, но в апреле поступило 116,2 млн, а в июле — 307,2 млн. Издание оценило бонусную часть двух крупных выплат примерно в 400 млн рублей. VK публично эти расчеты в представленных источниках не подтверждала, поэтому речь идет именно о данных расследования «Вёрстки», а не о раскрытой компанией зарплате гендиректора.
В итоге парадокс VK становится все заметнее. Холдинг получает десятки миллиардов рублей бюджетного финансирования на отдельные проекты, привлекает деньги ФНБ и работает в условиях полной поддержки регулятора который убирает с рынка конкурентов. При этом компанию возглавляет сын одного из самых влиятельных чиновников Кремля — первого замглавы администрации президента Сергея Кириенко. Однако даже при таком наборе ресурсов VK седьмой год подряд остается убыточной. Редкие кварталы в плюсе обеспечивают продажи активов, расходы на персонал, контент и новые сервисы исчисляются десятками миллиардов, а долговая и финансовая нагрузка годами съедает результат. Получается, что проблема VK уже не столько в нехватке денег или возможностей: разросшийся холдинг все больше напоминает систему, которая тратит огромные ресурсы прежде всего на поддержание собственного масштаба — фактически проедая сама себя.
